И если застанет здесь Бестужева, то сразу же догадается.
Эмилия умная девочка. Ей достаточно одного намека, чтобы понять, кто есть кто. Что хорошо, а что плохо...
«Ты мне еще наследника родишь», — набатом стучат в висках слова Эмиля. Знал бы ты, шеф, что у тебя уже есть наследница. Сына уж потом как-нибудь, пока не планирую. Мне дочери хватает. Она мой воздух, моя вода. Она единственная, ради кого я столько лет упорно стояла на ногах и шла по головам тех, кто хотел меня сломать.
— Надо принять таблетки, — командует босс, протягивая мне белоснежную капсулу и стакан воды.
— А лучше было бы поехать в больницу.
— Врач сказала, что ничего серьезного нет. Не драматизируй, Эмиль. Завтра буду в норме.
— Будешь обязательно, — кивает он, задумчиво глядя на мой распахнутый шкаф, откуда показывается желтое платье дочери. Черт! Вот черт!!! — Я чего-то не понимаю? Там и кружка есть детская. На кухне. Откуда, Арина?
Мне рычать в голос хочется. Ну неужели так сложно все разузнать? Было бы желание, давно раздобыл бы любую информацию.
Но не хочет же! Не хочет!
— Соседка приходила вчера, — усмехаюсь, не смотрю на него. — И платье для нее. Скоро день рождения у девочки. Они ко мне часто заходят, — говорю и сразу же меняю тему: — Эмиль, я хочу остаться одна. Извини, конечно, что выгоняю тебя из твоего же дома. Но мне необходимо отдохнуть, желательно, чтобы ты в это время находился как можно дальше.
— Я останусь тут, Арина. На ночь, — всматривается в мое лицо прищуренным взглядом. Вот же! Придушу ведь! — Даже не надо спорить.
— Я не собираюсь спорить, — встаю с кровати, ватными ногами делаю шаг вперед и сразу же пошатываюсь.
— Упертая, — ворчит Эмиль, ловя меня за талию. — Лежи. А если хочешь, чтобы я ушел, окей. Так противно, что видеть меня нет желания?
Желание видеть тебя как раз-таки есть. Но твои поступки отталкивают очень сильно. Ты не хочешь вернуться в прошлое и разобраться с ним. А мне это необходимо. Потому что рассказывать тебе я ничего не хочу о себе и о том, что я пережила за все годы, которые ты даже не думал обо мне.
Через минут двадцать он уезжает, напоследок накормив меня. Кусок в горло не лез, но Эмиль заставил. Кормил собственными руками. И в ту же минуту я слышу, как в замок вставляется ключ. Да, у дочки он есть, но она никогда не открывала дверь. Ведь всегда приезжала со мной.
— Мамуль, ты как? — оказывается она в квартире буквально через минуту. — С тобой все в порядке? Температура упала?
— Все хорошо, малыш, — встаю я и иду к ней.
