— Ты уверен?
— Собирай свое барахло и поезжай домой, Арина, — жестко чеканит он.
Нет, мой муж явно что-то скрывает. Мне так нравится его подавленный вид. Улыбку не получается скрыть.
— Ну уж нет, любимый, — кривлюсь, когда произношу последнее слово. — Я хочу увидеть нового владельца этой компании и познакомиться с ним. Уж больно любопытно стало, почему ты так побледнел. Хотя бы скажи, он красивый? Молодой? Надеюсь, не старик...
— Арина! — рявкает так, что я вздрагиваю. Один широкий шаг — и Глеб оказывается рядом, сжав мою шею, прижимает к стене спиной.
Воздух испаряется, становится нечем дышать, потому что он перекрыл доступ к кислороду. — Ты сейчас же проваливаешь домой и ждешь меня. Поняла? Ты. Меня. Поняла?
— Нет! — врезаю я пощечину. Глеб отшатывается от неожиданности, отпускает меня. — Иди к черту, Глеб! Ко всем чертям! Сукин сын!
Забираю свой телефон со стола и бегу к лифту. Салтыков следует за мной. На благо, створки закрываются вовремя — и он не успевает зайти.
Застываю у кабинета нового начальника.
Какой-то знакомый запах ударяет в нос. Коротко стучу в дверь и, услышав грубое «да», захожу в помещение.
Мужчина. Высокий, спортивного телосложения. В черном костюме. Стоит ко мне спиной, разговаривает по телефону.
— Простите, я... — почти шепчу и подмечаю, как новый босс замирает.
— Я перезвоню, — говорит и прячет мобильник в карман. Плавно поворачивается ко мне лицом.
Тук-тук... Тук-тук... Тук-тук...
Стук моего сердца настолько громкий, что явно он тоже слышит.
— Ну, здравствуй, Арина.
Не рада меня видеть?
Я смеюсь. Просто смеюсь и потихоньку схожу с ума, когда встречаюсь с синими глазами.
Это он. Мужчина, который до сих пор находится в глубине моего сердца. Которого я любила, люблю и буду любить всю оставшуюся жизнь. Мужчина, который является отцом моей дочери. И который смотрит на меня так, будто вовсе не рад видеть.
Уголки губ Эмиля приподнимаются. Я не знаю, что творится у него в голове, но он отчетливо дает понять, что мне трындец. Даже если я сейчас напишу заявление на увольнение — он меня не отпустит.
Уж таким категоричным он выглядит. Ведь знаю я Бестужева прекрасно.
— Это шутка судьбы, — продолжаю смеяться я. — Теперь понятно, почему он так бесился, — веду подбородком в сторону, имея в виду Глеба.
— Он еще долго будет беситься, — строго заявляет Бестужев с нотками злости. — Ты что-то хотела сказать?
Что я хотела сказать? Да ничего. Стало любопытно увидеть нового владельца. И, честно говоря, я безумно рада, что это Эмиль.
