Да и, честно говоря, я ни капли не удивлена рассуждениями Эмиля. Ведь он прав. Четвертый десяток лет идет, и ему рано или поздно нужно было жениться. Ну и ребенка сделать. И для этого он выбрал ту, на встречу с которой пошел буквально час или полтора назад.
— С партнером по бизнесу были отличные отношения. Я часто приезжал к ним в гости, хорошо проводили время и однажды решили расширить компанию...
— Эмиль, суть в чем? — перебиваю я. — Можешь быстрее? Терпение не железное.
Бестужев хмурится. Но никак не отвечает на мое ворчание.
— Я согласился, Арина. Складывалось все куда лучше, чем я ожидал. Вскоре мы выкупили еще одну компанию. Ее возглавлял я. Вместе с дочерью своего друга.
Дошли наконец. Одно дело думать, другое — слышать от любимого человека, что у него был роман с другой женщиной. Нет, я умом понимаю, что это нормально. Что не мог Эмиль жить восемь лет без девушки. Он же мужчина, в конце концов. Однако... Боже, как же больно, когда он все мои мысли произносит вслух, подтверждая мои догадки.
— И? Что дальше?
— Дальше.
.. Со временем мы стали слишком близки. Я даже не понял, как у нас все так закрутилось. Как я оказался в ее постели. И вскоре вообще начали жить вместе.
Ком в горле увеличивается в размерах. Втягиваю носом воздух глубоко в легкие и при этом пытаюсь не выдать ту бурю, что бушует внутри меня. Я смотрю на Эмиля в упор. Стараюсь понять, что он чувствует. Однако у меня опять же не выходит. Он будто закрылся полностью. Выражение лица все такое же ледяное и безэмоциональное.
— До того, как я вернулся в Россию с мыслью, что со Штатами покончено, мы с ней сильно поругались. Разошлись, короче говоря. Я понял, что нам не по пути. Она папина избалованная дочка, которая постоянно думает о путешествии. А я не могу все бросить и каждый месяц мотаться с ней в другие страны. Работать за меня никто не станет. Но это не единственная причина. Ты прекрасно знаешь мой характер. Женщина должна быть женщиной, а не вставлять палки в колеса, когда ей что-то не нравится или же когда что-то не выгодно.
Это бизнес. Всего один косяк может разрушить все, что я строил годами."
"— Что она сделала не так? Мне даже любопытно стало. И... Это же та самая... Анжели? Дочь твоего парнера, — усмехаюсь, откидываясь на спинку дивана. Снова сглатываю комок в горле. — Я верно понимаю?
— Она самая, — отвечает Эмиль слабым голосом.
Взгляд Бестужева останавливается на моих глазах, а потом он опускается к губам. Снова сглатывает, шумно втягивает воздух носом.
