Получил особое лечение.
— Хорошо, — неожиданно быстро соглашается парень. — Сколько я там буду лежать? И в какой именно клинике? Та, которая на выезде из столицы находится?"
"— Нет, нет, — вмешиваюсь я, забирая с письменного стола бутылку виски, наливаю в стакан. — Уж точно не в этом городе. Ты пацан умный. Справишься, не сомневаюсь. Если сам этого захочешь, конечно. Но если у тебя нет желания лечиться, то тебе ничто не поможет. Я уже нашел хорошую клинику. В другой стране. Поедешь туда. Шесть месяцев... Как минимум.
Армия подождет. Возможно, если у тебя все получится... И образование получишь.
— Вы сейчас серьезно? Нет, — усмехается. — Не верю я в ваши слова. Мне даже родной отец никогда такого не предлагал. Он всегда считал меня бестолковым и обзывал не очень приличными словами.
— Неудивительно, — хмыкнув, Арина издает нервный смешок. — Так ты в деле или нет? Поверь, мы просто хотим, чтобы у тебя было успешное будущее. Нормальная жизнь. А так... Со своими привычками ты угробишь себя. Не доживешь даже до тридцати.
— А почему я не могу лечиться здесь, в Москве?
— Потому что твои дружки постоянно будут рядом. И да, я не хочу, чтобы, когда тебя будет в очередной раз «клинить», ты вышел на связь со своими напарниками по дозе и выпрашивал от них наркоту. Они найдут путь, как тебя «напоить» дерьмом. И нахрена вообще после такого выкрутаса нам нужно думать о тебе? Если ты сам о себе позаботиться не желаешь?
— Верно, — тихо отзывается пацан. — Я согласен. Наверное, это судьба мне так улыбается.
Я думал, что реально сдохну в скором времени. Отец финансово не помогает, лишь проклинает. Мать точно такой же стала... От сестры я ждал того же, если честно.
— Господи... Ты считал меня такой... Жестокой тварью? Неужели папа так меня описал?
— Я слышал разговор родителей... Папа говорил матери, что ты отказалась ему помогать и послала. Далеко и надолго. Вот и подумал...
— Теперь только о себе думай, Вова, — перебиваю его речь. — Твой отец отказывается помогать своему сыну и показать верный путь, однако дочь для него должна сделать все на свете.
.. Как интересно, однако. А он не сказал твоей матери, почему именно Арина послала его?
Злость пробирает аж до костей. Выпиваю виски залпом, с грохотом ставлю уже пустой стакан на стол.
Вова не успевает ответить.
— Мамуль, — доносится голос дочери с верхнего этажа.
— Иду, — отзывается Арина. — Чуть позже вернусь, — сказав, уходит.
И я опять же сканирую парнишку изучающим взглядом.
