Стоило ему увидеть лицо девушки, которую привёз Ален, сердце чуть не разорвалось от радости: неужели его Софи наконец свободна ото всех обязательств? И они теперь могут быть вместе?
Но тут же пришло и осознание реальности – лежавшая перед ним девочка была слишком молода, и всё же несколько отличалась от той, кому он когда-то отдал своё сердце. Навсегда. Безвозвратно.
С Софией, как только она вышла замуж за Патрика ла Асолье, они виделись ещё пару раз – на больших объединённых королевских балах и то оба делали вид, что совершенно незнакомы… И на этом всё…
Короткий стремительный стук в дверь и в кабинет ворвался, словно огненный вихрь его внук – маркиз Ален ла Эрвье.
Наследник герцогства и несметных богатств древней фамилии.
– Слышал, ты нарядил служанку в платье леди, вся прислуга о том судачит, – сев напротив деда, заметил Ален, насмешливо блестя тёмно-карими глазами.
– Она не служанка, – ответил хозяин дома, с удовольствием рассматривая своего единственного внука. Горячо любимого и им же избалованного.
Благо природная чуткость и характер не позволили парню стать полнейшим оторвой и хамом. Озорник – да, немного повеса – да, но не грубиян и невежда, не видящий дальше своего длинного аристократического носа. Образованный, любящий фехтование и уже ведущий многие дела герцогства. Умело ведущего. Просто феноменальная память и способности к математике, дарованные природой, были основой в столь больших успехах молодого маркиза.
– Да? – правая тёмная бровь изумлённо подскочила вверх.
– А кто же она тогда?
– Точно не та, за кого хочет себя выдать.
Ален ненадолго замолчал, анализируя полученную информацию, после чего, став серьёзнее и стерев с красивого лица насмешливо-дурашливое выражение, задал другой, мучивший его всё сегодняшнее утро, вопрос:
– Как её самочувствие? Что сказал доктор?
– Несколько незначительных ушибов, синяки по всему телу, возможно, треснули рёбра, но это неточно, – ответил старый герцог, – головокружения нет, тошноты тоже, завтрак съела весь, это хороший признак.
– Я рад, – весёлость снова вернулась в его цвета тёмного шоколада глаза, а в груди вдруг потеплело от облегчения… Перед внутренним взором всё ещё стояла неприятная картина: тоненькая, такая хрупкая, с лебединой нежной шеей, девушка, лежащая в его руках и едва дышащая. – И как её ветром не уносит?
– Ты что-то сказал? – вскинул седы брови лорд Эрвье, внимательно очень проницательно посмотрев на внука.
