Злой волк превратился в того самого парня, с которым мы оказались на одной сцене во время конкурса на лучший французский поцелуй. – Поцелуй меня! – скомандовал хрипло.
– Что? – в груди появился волнующий трепет, не предвещающий ничего хорошего для моей расшатанной нервной системы.
– Поцелуй меня по-взрослому! Справишься? – прищурившись, сводный брат погладил мою щеку костяшкой большого пальца.
Воздух между нашими телами наэлектризовался, как перед весенней грозой. Чувственные импульсы из груди просочились прямиком к низу живота.
Бедра сдавило от волнующего предвкушения. Я задышала чаще, проводя кончиками пальцев по теплым гладковыбритым щекам мужчины, в то время как его глаза продолжали наливаться тяжелым жгучим желанием.
– Нам уже пора… – прошептала, задыхаясь от острого мужского запаха, просачивавшегося в ноздри.
– Поцелуй меня, Агния! – настаивал, тяжело дыша.
Наши губы разделяли жалкие сантиметры, мои внутренности трепетали, находясь в опасной близости от сильного молодого самца.
Его взгляд. Боже, этот взгляд душу выворачивал наизнанку! Странно, но сейчас на дне глубокой черной воды не было ни капли ненависти, пренебрежения или зла. Напротив, в глазах Руслана появилось какое-то новое, мягкое, обволакивающее выражение. На теле напрягся каждый мускул. Я видела, он хочет сказать что-то еще, но спутник продолжал упорно молчать, как зачарованный, умоляя меня впиться ртом в его влажные приоткрытые губы.
– Нет, – пробормотала, глохнув от раскатов пульса в ушах, потому что прекрасно знала, чем закончится одно-единственное прикосновение наших языков.
Сладкой погибелью. Мучительной бездной. Агонией истерзанной души. Страшилась этого, как самого разрушительного огня. Мы не должны. После сегодняшнего вечера мне хотелось верить в другую судьбу. Во что-то спокойное, теплое и умиротворяющее, во что-то светлое, пусть и не такое волнующее, но зато, приводящее мысли и чувства в порядок.
– Поцелуй меня, Агния! Всего один поцелуй! – взмолился Царев, плотнее прижимая к своему напряженному животу.
"
"Скулы свело от желания, руки и ноги пронизывала мелкая дрожь, а на сердце зажглась огромная мигающая надпись: «Ты влюбилась! Ты влюбилась! Ты влюбилась! Беги со всех ног и не оглядывайся, наивная дуреха! Он непременно тебя погубит!»
И я побежала. Так быстро, как никогда прежде. Все мое тело сотрясалось от сумасшедшей кипучей ярости вперемежку с отчаянной болью. Я устала от его бесконечных игр.