Замирает растерянно в шаге от меня с ним на руках.
И — чего? Опять — проехали?!
Мне словно кончить не дали в двух секундах до взрыва. Стою со звоном в ушах, весь пульсирующий и горящий.
И так не первый день!
Света испугался, Добрый, или котенка в её руках? — вздрагивают от азарта мои ноздри.
Делаю уверенный шаг вперёд. Давлю пальцем на её подбородок, поднимая лицо вверх.
— Добрыня.... - неуверенно бормочет она сглатывая.
— Я по-братски.... - подмигиваю ей.
Прижимаюсь к ее губам, мягко и неглубоко целуя.
Всё, стоп!
Но решаю я опять одно, а делаю другое. И вместо того, чтобы отстраниться, впечатываюсь повторно, с тихим стоном касаясь ее шелкового языка своим….
Глава 23 — Никаких суперсил..
И вот опять он делает это!
Его мягкая щетина скользит по моей коже, горячий язык подчиняет мой. И во мне пробуждается незнакомое мне ранее чувство — полной беспомощности перед мужчиной. Такой сладкой, пьяной.... и стыдной. Стыдной, да. Потому что он может делать всё что хочет сейчас, ты всё равно позволишь!
И выпасть полностью из реальности не позволяет один лишь маленький нюанс.
Когнитивный диссонанс....
Кажется, именно так называется чувство, которое пытается прорваться сквозь наш поцелуй.
Чувство опасной противоречивости происходящего.
Но ему не удается!
Потому что мозг мой мало функционален, пока ко мне прикасается Добрыня.
Просто где-то там, далеко на подкорке, я чувствую тревогу и яркое ощущение, что делать этого не стоит.
Но....
Но.
Останавливать поцелуи с Добрыней — не владею такой “суперсилой”!
Но такой суперсилой владеет наша детская орда.
И как только открывается входная дверь, мы отлетает на шаг друг от друга.
— Чё темно у ваш?
— Игка в костег фигню какую-то кинула, все дымит!
— Мирон толкаетша!
— Мам, подай мне шапочку и зефирки!
— Мам, дай Першика погулять!
Все это звучит одновременно и на перебой.
Растерявшись, не понимаю даже чего они там галдят. Онемев, стою с полыхающим лицом.
Что это было сейчас?!
Как на это реагировать???
Добрыня включает свет, и пока я прихожу в себя хлопая ресницами, разруливает детские ""неполадки"" и просьбы.
Выпроваживает их на улицу.
От мысли, что мы останемся сейчас вдвоем ловлю панику.
И, скинув обувь, поспешно смываюсь в свою комнату. У входа в неё резко торможу.
А если он зайдет сейчас сюда? И.... Слишком интимно для женщины, которая не понимает что происходит и чего хочет, да, Вера?
Резко развернувшись сбегаю на диван в гостиную. Сажусь по-турецки.
