Каждое предательство и убийство отнимало от души крупинку за крупинкой. – Он показал на кучку белого песка. – Виновата не магия, а ты сам – потому что мог выбирать.
– Но… ведь я ничего не делал просто так! Я видел хорошее будущее и следовал его путям, старался приблизить – разве это не считается?
– Может быть, – согласился дракончик, – но не когда творил ради этого зло. Всегда есть лучший выбор, но ты его даже не рассматривал.
– Глупости… – пробормотал Мракокрад и вдруг застыл, вглядываясь в темноту. – Кто… нет, не может быть, или всё же… Куда это приведёт, чем закончится? – Он изогнул шею, глядя вверх и назад.
– Ты видишь то же, что и я? Давай, выходи, я заметил, как ты подкрадывалась!
Повисла тишина, затем серая каменная стена над его головой вдруг расцвела жёлтыми и синими пятнами, которые сложились в цветастую драконью фигурку с пышным воротником, и стало видно, что за ней прячется ещё одна, чёрная.
– Хм… – усмехнулся великан, – а эту я и не приметил. – Он кивнул на радужную, которая вызывающе оскалилась на него и перелетела к Вихрю.
Миг спустя с другой стороны уселась Луна. Песчаный дракончик впервые за время беседы вздохнул с облегчением, хотя все трое едва уместились в тесном закутке бывшей темницы.
– Привет, Мракокрад! – кивнула Луна.
– Как тебе это видение? У тебя оно было? – Он с волнением протянул гигантскую лапу, и песчаный вздрогнул, когда Луна бесстрашно за неё взялась.
Ночная прикрыла глаза, и наступило долгое молчание.
– Ну разве не странно? – вновь заговорил дракон. – Всё так смутно, а в конце полная тьма.
Неужели кто-то опять предаст? Ничья магия меня больше не возьмёт. Кто это? Ты узнала её? Она похожа на… нет, невозможно!
– А если всё-таки она? – Ночная открыла глаза. – Тогда ты пошёл бы по этому пути? Даже если в конце тьма, согласишься ради того, чтобы снова встретиться?
Глаза чёрного гиганта засияли.
– Значит, ты… – Он осёкся, судорожно вцепившись когтями в камень. – Да, конечно!
– Тогда давай проверим, куда ведёт этот путь. – Луна кивнула вверх на далёкую полоску неба.
Мракокрад расправил крылья, затем, вспомнив о Стервятнике, наклонился к застывшему на стене жёлтому дракону, постучал его по лбу и шепнул что-то. Дед мгновенно исчез, словно его и не было, а великан взмыл в воздух и стал подниматься кругами вдоль стен расколотой горы к ниточке света.
Песчаный дракончик снова с облегчением перевёл дух. Значит, его кости не останутся здесь, и он увидит новый рассвет, хотя насчёт следующего оставалась неясность.
