Он с такой силой ударил первую нападавшую, что убил наповал, и встретил грудью остальных двоих, заслоняя королеву. Острые когти с размаху полоснули его по горлу.
– Отец! – крикнули разом Град с Холодом.
Подоспев, старший брат отбросил одного ночного и хлестнул другого шипастым хвостом, а младший тут же схватился с первым, но чёрный дракон с невероятным проворством вывернулся из хватки и рванул когтистой лапой чешую на боку у Града.
Дракончик заревел от боли. Глин уже оттаскивал одного ночного за хвост, а Вихрь прыгнул другому на спину, и тут из-за скал над входом в академию слетели ещё трое, нацелив на королеву когти и пасти.
– Прекратите! – крикнула Луна, вставая у них на пути. – Дымогляд! Затмения! Не надо, мы не хотим войны!
Они обогнули её, словно речное течение одинокую скалу.
– Зато они хотят! – обернулся на лету ночной. – Мы защищаемся, а вы предатели, раз не помогаете нам!
Снежна заревела, и её ледяной выдох ударил летящего в упор. Отброшенный, тот скорчился на земле, с отчаянными воплями царапая себе морду, которая стремительно обрастала сверкающим инеем.
Морозный пар уже вовсю клубился над каменистой площадкой вперемешку с дымом от драконьего огня. Болезненно ощутив смертельную корку льда на чешуе ночного, которому вцепился в спину, Вихрь отпустил когти и шлёпнулся на камни, но тут же вскочил и врезался плечом в другого нападавшего, отбрасывая его в сторону. Сквозь мутную пелену дракончик различил среди мелькающей чешуи Луну – она всё ещё пыталась оттаскивать своих соплеменников, но те лишь стряхивали её с себя, словно прилипшую паутину.
Кинкажу над головой кричала что-то про яд, угрожая заплевать им всех. Краем глаза песчаный заметил Анемону, которая пятилась в пещеру, окликая Карапакса."
"Чёрный хвост тяжело ударил в бок, и Вихрь отлетел в сторону, тут же наткнувшись на серебристо-голубое крыло. Длинные зазубренные когти зацепили лапу, по спине побежали ледяные мурашки. Неподалёку кто-то заревел от боли, и дракончик узнал голос Глина, однако пробиться туда не удавалось, как и к Луне с Холодом, затерявшимся в кипящей мешанине чёрной и бело-голубой чешуи на скользких от крови камнях.
Раздавшийся дикий вопль перекрыл все остальные крики, и песчаного дракончика обдала волна чудовищного жара. Он отшатнулся и присел, с ужасом наблюдая из-под крыла, как чёрный дракон рушится наземь и корчится, объятый пламенем от рогов до хвоста.
– Кто следующий? – заревела Беда, расправляя дымящиеся медные крылья и хлеща хвостом по бокам.
