— Ранить его нельзя, — предупредила я.
Охранник проскочил мимо первой лестницы — и Рианнон встала посреди коридора, вытянув руки.
— Пожалуйста, пусть получится, пожалуйста, пусть получится, — твердила Имоджен.
Карта исчезла из ее рук и появилась дальше по коридору — у Рианнон.
Я это и заметить успела с трудом, но на скорость охранника это не повлияло. Еще на шаг ближе — и он увидит мое лицо.
— Это уже не по плану, — подскочил ко мне Лиам.
— Импровизируем! Эмери! — прошипела Имоджен, и перед нашим отрядом вышел третьекурсник.
— Прости, мужик! — Он выставил руки вперед и словно толкнул воздух. По коридору пронесся ветер, срывая гобелены и отправив охранника в полет до каменной стены. — Бежим!
Мы сорвались по коридору навстречу обмякшему охраннику.
— Туда его, — прошипела я, распахнув следующую дверь — в кабинет одного из секретарей матери.
Лиам и Ридок затащили бедолагу внутрь, а я на всякий случай приложила пальцы к его шее.
— Пульс в норме. Мы его просто вырубили.
Откройте ему рот.
Я выхватила флакон, спрятанный в кармане брони, откупорила и влила жидкость в рот охранника.
— Проспит до конца ночи.
Широкие глаза Лиама встретились с моими.
— Ты прям пугаешь.
— Спасибо, — улыбнулась я, и мы убрались оттуда со всех ног.
Через пятнадцать минут, все еще пытаясь отдышаться, мы ввалились в зал инструктажа. До конца отведенного времени оставалось несколько минут.
Мы пришли последними, и подрагивающий подбородок Даина, сидевшего в верхнем ряду с остальными командирами, намекал, что мы еще наслушаемся комментариев для тех, кто прибывает под дедлайн.
Я отвела от него взгляд, и мы начали устраиваться на своих местах, пока отряды по очереди прибытия вели свои доклады, подарив нам время прийти в себя после пробежки.
Отряд из Первого крыла украл рукописное руководство Каори о привычках и недостатках всех действующих драконов. Сильно.
Отряд из Второго крыла вызвал одобрительный гул, показав форму одного из профессоров пехоты, целую и даже с тем, что никогда не носят всадники: жетоном с именем.
Это, учитывая звание профессора, дало бы врагу доступ на все наши форпосты.
Лучшим вариантом Третьего крыла стал язык — ошарашенный писец с широко распахнутыми глазищами, выкраденный прямо из постели, а учитывая, что его рот не двигался… Да, чья-то печать отнимала дар речи. Когда бедолагу отпустят, он еще долго будет приходить в себя.
