Он моргнул и отступил, в мгновение ока вернув самообладание, пока мое сердце так и заходилось.
— Перестань тренироваться с посохом. У тебя его слишком легко выбить из рук. Вернись к кинжалам.
К моему удивлению, он не стал его у меня выхватывать, просто чтобы доказать, что прав.
— Я отлично справлялась, пока мне в голову не ввалился Тэйрн с его гневом и не отвлек, — возразила я; моя внутренняя оборона встопорщилась, как шерсть у собаки.
— Тогда научись от него закрываться, — сказал он, будто это так просто.
— Что, всеми своими бескрайними силами? — я подняла бровь.
— Или ты не заметил, что я все еще не транслирую? — Хотелось его придушить, растормошить, вбить хоть какое-то соображение в его привлекательную головушку.
Он наклонился так, что мы встали чуть ли не нос к носу.
— Я знаю о тебе до безумия много.
Благодаря Лиаму.
Каждый дюйм моего тела вибрировал от гнева, от досады, от… электрического напряжения, выросшего между нами, пока мы сверлили друг друга взглядами.
— Командир крыла Риорсон, — начал Даин.
— Она просто еще не привыкла к связи. Еще научится ее блокировать.
Слова Даина ранили, как удар. Я резко выдохнула и отступила от Ксейдена. Боги мои, да мы же устроили целое гребаное представление. И почему из-за Ксейдена я забываю обо всем мире?
— Странное ты время выбираешь, чтобы ее защищать, Аэтос. — Ксейден едва ли глаза не закатил, глядя на Даина. — И удивительно удобное, чтобы не защищать.
Даин напряг челюсть, его руки сжались в кулаки.
Ксейден говорил об Эмбер. Я это знала.
Даин знал. Все в этом застывшем зале знали. Весь наш отряд слышал, как Даин тогда потребовал, чтобы я назвала командира крыла лжецом.
Ксейден обратил свой непроницаемый взгляд на меня.
— Сделай нам обоим одолжение и просто надень сраные доспехи, — закончил он.
Не успела я возразить, как он развернулся и ушел с мата, где к нему присоединился Гаррик.
Его спина.
У меня невольно вырвался тихий возглас, и Ксейден застыл на миг, после чего забрал рубашку из протянутой руки Гаррика и натянул, спрятав темно-синий драконий след, вьющийся от талии к обоим плечам, — хитроумно сплетаясь с бугрящимися серебристыми линиями, которые я не разглядела раньше, из-за расстояния.
Серебристыми линиями, в которых я мгновенно узнала шрамы.
«Ты стояла на своем и не потеряла голову», — сказал Тэйрн, и в моей груди расплылось чувство неизмеримой гордости.
«Она готова», — добавила Андарна, и голос ее прозвучал игриво, словно в нем плясали молнии опьяняющей радости.
