— Или это как-то связано с тем, что ты спишь в кожаном жилете.
«Верь ему», — потребовал Тэйрн.
«Это не так-то просто».
«Сейчас должно быть просто».
— Это драконья чешуя. — Я подняла правую руку и чуть повернулась, чтобы он увидел зияющую прореху в моей ночнушке. — Его для меня сделала Мира. Вот почему я еще жива.
Он посмотрел на мой бок, потом на свои руки, потом кивнул.
— Хитро, хотя я бы сказал, ты жива по множеству причин. — Не успела я возразить, как он уже перевел взгляд на мое горло и прищурился при виде, как я могла представить себе, фиолетового отпечатка руки.
— Надо было убивать его помедленнее.
— Я в порядке, — соврала я.
Он снова посмотрел мне прямо в глаза.
— Никогда мне не ври, — с напором процедил он сквозь зубы, и я просто не могла не кивнуть.
— Больно, — призналась я.
— Дай посмотреть.
Я дважды открыла и закрыла рот.
— Это просьба или приказ?
— Сама выбирай, главное — покажи, сломала эта мразь тебе ребра или нет.
Его руки сжались в кулаки.
Вошло еще двое мужчин. Сразу за ними — Гаррик и Боди.
Все… одеты. В полном обмундировании — я взглянула на часы — в два ночи.
— Забирайте этих двоих, а мы — оставшихся, — распорядился Гаррик, и остальные подчинились, унося последние тела.
Я не могла не заметить, что у всех по рукам змеились метки восстания, но язык держала при себе.
— Спасибо, — сказал Ксейден, потом взмахнул рукой — и моя дверь захлопнулась с тихим щелчком. — А теперь показывай ребра. Хватит тратить время.
Я сглотнула, кивнула. В самом деле, лучше сразу узнать, есть перелом или нет.
Я повернулась спиной, но все равно видела его лицо в ростовом зеркале, скидывая мешковатые рукава ночнушки и придерживая ткань над грудью, пока сзади она не сползла до талии.
— Там надо…
— Я знаю, как обращаться с корсетом.
Его челюсть напряглась, на лице промелькнуло что-то, напомнившее мне дикий голод, но он подавил его и убрал мне волосы на плечо с удивительной мягкостью.
Его пальцы коснулись моей голой кожи — и я с трудом скрыла дрожь, заставила мышцы застыть, чтобы не выгнуться от его прикосновения.
Какого хрена со мной творится? Еще запах крови не выветрился, а я уже с трудом дышу совсем по другой причине, пока он быстро расправляется со шнуровкой, начав снизу. И он не врал. Он точно знал, что делать с корсетом.
— И как ты влезаешь в эту штуковину каждое утро? — спросил он, сглотнув, пока моя спина обнажалась дюйм за дюймом.
— Я необычайно гибкая. Отсюда моя фишка с вывихом суставов, — ответила я через плечо.
