Я посмотрела поверх их голов, разглядывая стол регистрации, и широко распахнула глаза от удивления.
— Он, что?.. — прошептала я.
Мира проследила за моим взглядом и сдавленно выругалась.
— Ребенок отступника? Да. Видишь мерцающую метку, которая начинается на верхней части его запястья? Это след со времен восстания.
Я удивленно подняла брови. Единственные следы, о которых я когда-либо слышала, возникали на коже, если дракон использовал магию, нанося метку на кожу своего всадника. Но эти следы — символ чести и власти, и обычно они имели форму дракона, того, что их подарил.
А метка, на которую я сейчас смотрела — закручивающийся вихрь шрамов, — больше походила на грозное предупреждение, чем на славное признание.
— Это сделал дракон? — шепнула я.
Мира кивнула:
— Мама говорит, что дракон генерала Мельгрена сделал это со всеми детьми, когда казнил их родителей. Она не любит говорить на эту тему. Нет ничего лучше, чем наказать детей, чтобы удержать их родных от предательства.
Это казалось… жестоким, но первое правило жизни в Басгиате — никогда не задавать вопросов дракону.
Они были склонны кремировать любого, кто покажется им грубым.
— Большинство детей, которые носят метки отступников, конечно, из Тиррендора, но несколько семей из других провинций тоже оказались предателями…
Тут кровь отхлынула от лица Миры, и она резко ухватилась за лямки рюкзака, поворачивая меня к себе лицом и притягивая как можно ближе.
— Только сейчас вспомнила, — ее голос превратился почти в шепот, и я шагнула ближе, чувствуя, как подпрыгивает сердце — слишком уж серьезным тоном она говорила.
— Держись подальше от Ксейдена Риорсона.
Воздух резко вырвался из моих легких. Это имя…
— Того самого Ксейдена Риорсона, — подтвердила Мира, и теперь во взгляде ее сквозил страх. — Он на третьем курсе, и он убьет тебя, как только узнает, кто ты.
— Но ведь его отец был Великим Предателем. Он возглавлял восстание, — тихо ответила я. — Что Ксейден тут вообще делает?
— Всех детей командиров призвали в армию в наказание за преступления их родителей, — продолжала шептать Мира, а очередь несла нас все ближе к столам.
— Мама рассказала мне: они не ожидали, что Риорсон преодолеет парапет. Тогда они решили, что один из кадетов убьет его во время Молотьбы, но, когда дракон выбрал его… — она покачала головой. — Ну, дальше уже ничего нельзя было поделать. В итоге он поднялся до командира крыла.
— Да что за бред, — прорычала я.
