Продать его — означало перечеркнуть целую эпоху, но Маша понимала, что для матери это единственный способ двигаться дальше. Не застрять в той точке переживаний и обид.
— Что ты думаешь про дядю Нияза? — Мария сделала лицо попроще, чтобы не выдать себя с хитрой рыжей головой.
— Не знаю, не знаю, — мама захлопнула переплет альбома, подняв пыль. — Очень давно не была на свидании. Твой отец был — не романтик. Не умел выдавать эмоции. Проще было промолчать. А ты, Маша, что думаешь? Стоит мне... сходить в кино? — Нина подняла узкое лицо, взглянув на дочь.
— Эм... Ну-у-у, я бы на твоем месте, сходила. Если фильм интересный.
29."
"На почту Маши с самого утра пришел файл из лаборатории. Она с первого раза не смогла его открыть, промазала стрелкой «мыши». Перед глазами плясали цифры, буквы. Внизу приписка:
«С цепью определения родства тестируемых лиц. Было исследование хромосомы. Результаты исследования, присущи людям не связанными линиями родства. вероятность равна — нулю».
Мария нервно пшикнула, ударила по столу кулаком.
Она знала! Знала, мать его! Их ничего не связывает с Кириллом, кроме злого умысла третьих лиц. Отправив копию на почту Нияза, Маша схватив сумочку, поскакала в его кабинет, только рыжие волосы назад... Бежать недалеко, через две двери и налево.
— Можно? — крякнула, побрякавшись для формальности, и тут же сунула нос в кабинет.
— Ты уже наполовину зашла, входи полностью, — кивнул Буров, отвлекаясь от отчета на компьютерном мониторе.
Нияз откинулся на спинку кресла, сложив руки в замок на животе.
Он был в прекрасном расположении духа. Третью неделю ухаживает за Ниночкой и лед тронулся... Да! Вчера вечером позволила ручку свою поцеловать. Если так дальше пойдет, через год он потрогает ее колено... Угу.
— Пришел результат из клиники. Я его отправила вам на почту, — ее улыбка была больше похожа на оскал. Голос дрожит от нетерпения всему миру рассказать сногсшибательную новость.
— Нуу-и Изки? Что там? — он уже знал ответ, но пусть сама скажет. Машку же разорвет, если она сейчас на него свои писки-визги не выплеснет.
— Кирилл мне — никто! Ни брат, ни сват, ни пятое колесо от телеги. Левый парень, которого подкинули моему отцу, чтобы дергать за ниточки, — она плюхнулась на свободный стул и смотрела на темноволосого мужчину во все глаза, пылая от ярости и радости одновременно.
Буров ее выслушал и кивнул.
— Те письма писала Катерина. Ее почерк, судя по экспертизе. Всю жизнь она завидовала Нине. Хотела Роську с ней развести...
