Помню, как они в тот день с завистью посматривали на мою форму и охотно смеялись над моими армейскими шутками. Я выслушал тогда планы парней на ближайшее будущее — поделился с ними своими. Затем я и Кир поспешно пообедали вместе с нашими родителями — будто отбыли повинность. Я сменил мундир на гражданскую одежду. И умчался на речку вместе с Кириллом и Прохоровым.
Именно Прохоров и мой младший брат уговорили меня в прошлой жизни не ждать следующего года для поступления в юридический институт (сами они подали заявления на экономический факультет ещё до моего возвращения).
Артур говорил тогда, что экономисты — это самые важные люди на любом предприятии. Прямым текстом заявил, что именно через экономистов чаще всего проходят все «неофициальные» доходы от любого производства (он убедил меня, что разбирался в этом вопросе: отец Артура уже десять лет трудился на должности директора швейной фабрики).
* * *На трамвае я доехал до пересечения улицы Ленина и проспекта Победы. Там я покинул душный салон и знакомым маршрутом (через дворы) не спеша добрался до шестой поликлиники.
Шагавшие мне навстречу горожане посматривали на меня с любопытством — как и я на них. С громкими воплями носившиеся по улицам дети указывали на меня руками, с искренним восхищением разглядывали мои погоны и мой берет. В тени пятиэтажек и древесных крон я пересёк Столярный переулок.
Прошёлся по мосту над почти пересохшим руслом ручья. По присыпанной мелким щебнем дороге вышел к окружённым деревянными заборами одноэтажным домам: к «посёлку», как называли жители Новосоветска разместившиеся вдоль Речной улицы одноэтажные строения.
Свернул на Речную. Прошёл её насквозь: прогулялся мимо дома Варвары Павловой. Варвару Сергеевну не увидел. Но услышал голоса её мальчишек — парни работали на грядках.
По пути к дому родителей я повстречал лишь ехавшего мне навстречу на велосипеде смутно знакомого пожилого мужчину (раскланялся с ним). Кирилла и Артура около «главной площади» не встретил.
Родителей я увидел во дворе, ещё до того, как открыл калитку.
Шагнул во двор и громко сказал:
— Папа, мама, я вернулся!
* * *В этот раз обед в обществе родителей я не посчитал скучной повинностью. С превеликим удовольствием уплетал за обе щёки борщ и приправленные сметаной вареники с картошкой. Дважды выпил с восседавшим во главе стола отцом «по сто грамм». Водка пришлась как нельзя кстати — расслабила меня, улучшила и без того хорошее настроение.
Я развалился на стуле, улыбался.
