Я стащил с головы мотошлем, бросил его рядом с чемоданом. Надел на голову берет, стряхнул пыль со щёгольских аксельбантов. Псина проявила благоразумие: на советского десантника не тявкнула — поджала хвост и вернулась в свой двор."
"Мотоцикл зарычал ей вслед, тронулся с места. Я приосанился, будто ехал во главе колонны ВДВ на параде по Красной площади. От образа голливудского терминатора отказался — воспроизвёл облик классического отечественного героя (принял «вид лихой и придурковатый»). Лихо подрулил к высоким воротам дома номер семнадцать.
Убедился, что мой источник информации хорошо усвоил «таблетку для памяти»: описал мне дом и придомовую территорию едва ли не до мельчайших деталей. Я спрыгнул на землю; не сразу, но распрямил ноги. На ощупь проверил залом на берете. Выпятил грудь и подбородок. Выдернул из бокового прицепа мотоцикла чемодан и походкой бывалого человека (локти в стороны) подошёл к калитке.
— Эй, хозяева! — прокричал я. — Есть кто дома?!
Громыхнул о калитку чемоданом — окрашенные в зелёный цвет деревянные штакетины задрожали.
Не спровоцировал собачий лай — собачью будку во дворе не заметил, как и предсказывал мой «информатор».
— Хозяева, открывайте! — крикнул я. — К вам гость приехал!
В одном из окон дрогнула занавеска, будто её потревожил кот. Но из дома мне навстречу никто не вышел.
Я выждал минуту (чтобы меня и мою молодецкую улыбку хорошо рассмотрели) и возмутился:
— Хозяйка! Ты там спишь или померла?! Выходи скорее!..
Приподнял над забором чемодан: будто бы с трудом.
— … Я гостинцы от твоего сына из Краснодара привёз!
Гость Прохоровых отчитался мне, что похитившая директора швейной фабрики банда состояла из троих человек. О тайнике под пионом Илья Владимирович рассказал вчера. Но похитители первым делом «обшмонали» квартиру Прохоровых: проверили правдивость директорских признаний. Тайники в квартире они обнаружили в тех самых местах, где и говорил Илья Владимирович. Поэтому преступники и нацелились на схрон во дворе дома матери директора фабрики — тем более что там Прохоров хранил «самое интересное».
Говорливый мужчина заверил меня, что убивать директора они не собирались — отпустили бы его и «рванули в Сочи». Двое бандитов уже дожидались своей участи в сарае. Третий бандит сторожил похищенного директора в деревне Майское.
Я встал на цыпочки — дотянулся рукой до запиравшей калитку щеколды. Толкнул дверцу — калитка возвестила о моём вторжении жалобным стоном. С деревьев сада вспорхнули напуганные птицы.
