— А вот настроение у тебя, малой, хреновое.
Спросил:
— Не с той ноги встал? Или уже поругался сегодня с Прохоровым?
Кирилл нервно дёрнул головой.
— Не ругался я с ним, — сказал он. — Артурчик гулять пошёл. В парк. С Наташей Тороповой.
— А тебя они с собой не взяли…
Кир махнул рукой.
— Я сам не пошёл. Зачем я им там нужен? Только мешать буду.
— А эта твоя… Котова? Её ты в парк приглашал?
Кирилл дёрнул плечом.
— Так она же ещё тогда сказала, что до вступительных экзаменов никуда со мной не пойдёт…
— Мало ли что она сказала, — произнёс я.
— Ты её приглашал?
Мой младший брат покачал головой.
— Ну, тогда сиди дома, малой. Смотри папин телевизор.
Кирилл тоскливо вздохнул.
— Серый, — сказал он, — а как ты думаешь… Ленка могла бы в меня влюбиться?
Я усмехнулся.
— Ты задал неправильный вопрос, малой.
— Почему это?
— Могла или не могла — это гадание на кофейной гуще. И тот, и другой ответ будет верным. При определённых условиях.
— При каких ещё условиях?
— А вот теперь ты мыслишь в правильном направлении, малой, — сказал я.
— Подумай ещё. И задай мне верный вопрос.
Кирилл посмотрел в направлении сада, где едва заметно покачивали ветвями деревья.
Я видел, как он покусывал губы.
— Серёга, что мне сделать, чтобы Лена в меня влюбилась? — сказал Кир.
— Вот это правильный вопрос. Молодец!
Я похлопал в ладоши.
Кирилл вздохнул.
— Как будто ты знаешь на него ответ… — тихо произнёс он.
— Конечно знаю, малой! — сказал я. — Фигня вопрос!.. Ну, или почти фигня.
Потёр друг о друга ладони и сказал:
— Я на тему взаимоотношения мужчин и женщин сотни статей прочёл… в армии.
У нас там большая библиотека была. И симпатичная библиотекарша. Так что я и на собственном опыте кое-что понял. Уж можешь мне поверить, малой.
Я улыбнулся.
— И что ты понял? — спросил Кир.
Он нервно закусил губу.
Я засучил на тельняшке рукава и сказал:
— Это долгий разговор, малой.
Похлопал Кира по плечу.
— Но мы ведь с тобой сегодня никуда и не спешим, — сказал я. — Поэтому присаживайся поудобнее, братишка, и слушай меня внимательно…
Глава 15
В ветвях деревьев чирикали и посвистывали птицы.
Из приоткрытого окна доносились звуки работавшего телевизора: папа всё же пробрался в дом и уселся около экрана. В летней кухне, где мама ликвидировала последствия семейного обеда, бубнил радиоприёмник. Мы с Кириллом расположились в саду: в тени от густой кроны яблони (той самой, что по утрам бывала боксёрской грушей). Я принёс туда табурет, на котором раньше дежурил около шелковицы.
