Понимаю его, но не могу помочь. Я не справляюсь с накалившейся ситуацией. Конфликт давно назревал и, видимо, всё-таки рванул. Как же невовремя.
— Он живёт в моём доме и будет выполнять то, что я ему говорю, — рычит предупреждающе Асад. — Иначе…
— Да пошёл ты, мразь! — доносится из-за двери.
— Щенок, я тебе…
— Я сказала, хватит! — рявкаю и толкаю мужа, что есть силы. Асад отлетает к стене и приземляется на табурет. — Только попробуй, и я за себя не отвечаю.
— Ты, кажется, кое-что забыла, — ехидно усмехается он.
"
"— Это ты забыл, что тоже не бессмертный, — с вызовом смотрю в глаза. — Осторожнее Асад. За сына я тебя загрызу лично, и ничто, никакие компроматы меня не остановят.
Видимо, что-то в моём взгляде не даёт ему усомниться в словах. Асад примирительно поднимает руки вверх, а я немного выдыхаю. Не уверена, что это конец войне. Но хотя бы передышка, и на том спасибо.
Всю трясёт от переизбытка адреналина. Всем нам нужно успокоиться. Ухожу в комнату к сыну. Тот складывает вещи в рюкзак. Господи, ну зачем так? Нервно кусаю губы и думаю, как поступить.
Откладывать дальше некуда.
— Егор, ты что задумал? — перехватываю его решительный взгляд и понимаю, что всё. Это финиш. Больше удерживать его я не смогу. И оберегать тоже.
— Мам, прости, я больше не могу здесь жить, — качает он головой, а у меня сердце кровью обливается.
— Но…
Он обнимает меня и шепчет в ухо.
— Я очень тебя люблю и обязательно заберу. Как только сам устроюсь, вернусь за тобой.
— Мальчик мой, — улыбаюсь сквозь слёзы, смотрю на него и поправляю непослушную чёлку.
— Может, и к лучшему, ладно…
— О чём ты? — хмурится Егор.
Мой сын вырос. Пришло время вскрывать карты. Надеюсь, это пойдёт ему на пользу.
— Подай мне книгу с верхней полки, — указываю расположение.
— Эту?
Егор достаёт и небрежно раскрывает, из неё вылетает высохший цветок. Пока он кружится в воздухе и медленно падает на пол, я успеваю в подробностях вспомнить всё, что с ним связано. И первый поцелуй, который Ворон просил оставить ему.
И свои обещания. Целая жизнь прошла, а я так ничего и не забыла. Хватит держаться за прошлое, одна боль от него.
— Что это? — Егор осторожно поднимает сухоцвет, рассматривает и протягивает мне.
— Мусор, — небрежно швыряю в сторону, намереваясь выкинуть чуть позже. — Другую подай. «Мастер и Маргарита».
— Держи.
— Дверь закрой.
Послушно исполняет. Открываю книгу и выдыхаю. Всё на месте.
— Слушай меня внимательно, — перехватываю настороженный взгляд сына.
