Ворон украл моё сердце, чтобы потом растоптать и выкинуть.
— Ты мне за это ответишь!
Оборачиваюсь на звук голоса и вижу пылающие от злости глаза того, кому разбила нос.
Расплата? Что ж, ожидаемо. Слабак обыкновенный. Он замахивается, а я зажмуриваюсь и внутренне сжимаюсь, ожидая удара.
Секунда. Две. Три…
И ничего не происходит.
Осторожно приподнимаю веки и перестаю дышать. Как рыба открываю рот, но сделать вдох не получается физически. Эти глаза… Их невозможно ни забыть, ни перепутать ни с кем.
— Ты… — болезненный стон разрывает мои лёгкие, а сердце делает кульбит и рвётся на встречу к предателю.
Глава 14
Ворон
Тело успело среагировать быстрее, чем пьяный мозг понял, что вообще происходит. Кисть одного из моих людей зажата в болевом. Пригнувшись, он шипит, но не дёргается. Знает, что останется без руки. Меня пьяно покачивает. Моргаю пару раз в тихой надежде, что передо мной очередной фантом. Крепко зажмуриваюсь. Открываю глаза. Ни хрена Ира никуда не девается.
Её взгляд из нервного и испуганного становится злым и чуть насмешливым. А у меня в груди по десятому кругу за день начинается атомная реакция. В этот раз ускоренная. И сердце кровоточит при каждом мощном ударе о рёбра. Во рту пересыхает, я стремительно трезвею и свирепею, как дикий зверь, которого загнали в клетку. Кидаюсь на невидимые прутья, меня бьёт током, и волосы по всему телу встают дыбом.
— Ворон, Ворон, — раздаётся стон сбоку от меня.
— Рука…
Чёрт, забыл! Разжимаю пальцы, отпуская своего человека, замахнувшегося на когда-то мою женщину.
— Какого хрена?! — обращаюсь к своим. — Я шлюху просил, — цинично хмыкнув, снова смотрю Ире в глаза. Она даже не дёргается. Её всё такие же привлекательные губы вздрагивают в жёсткой, нетипичной для когда-то милой ведьмочки, усмешке.
— Ты просил вискарь, — напоминают парни.
Какая теперь разница, чё я там просил?! Тут сейчас рванёт, и всем уже будет всё равно.
Выворачивает меня от одного её присутствия. Хочется заорать в это лицо: «Посмотри на себя?! Что ты выбрала?! Кого?!»
Красивая… Эта зеленоглазая дрянь всё ещё красивая для меня. И далеко не новые тряпки на Ире её совсем не портят. Они злят меня ещё сильнее. Потому что со мной никогда бы так не было! Но она выбрала его, значит, выбрала для себя такую жизнь.
До зубного скрежета хочется ещё раз врезаться куда-то кулаками.
