Опустошаю тарелку и откидываюсь на спинку, довольно прикрывая глаза от сытости и уюта.
— Ириш, я понимаю, что ты боишься беременности, — не унимается Ольга. — Но это не самое страшное.
Всё я прекрасно понимаю. Доигралась. Придётся теперь корректировать привычки. Как только, пока не знаю.
— Да, я буду следить за собой, — искренне обещаю.
— Ну тогда давай о приятном, — довольно кивает Оля и поднимается на ноги.
Достаёт из холодильника вино и разливает по бокалам.
— Раз ты не беременна, можешь себе позволить, — ставит передо мной один, а второй оставляет себе.
— Это точно, — я лишь улыбаюсь.
Чокаемся и отпиваем по паре глотков. Ольга не спеша доедает ужин, а я плаваю в своих невесёлых мыслях. Все они крутятся вокруг Ворона. Зачем он опять появился? Для чего преследует меня? Признания эти его… Чего добивается? Даже если бы я очень хотела, всё равно ничего не получится. Я связана по рукам и ногам. И никогда не подставлю под удар своих близких.
Давно ли Ворон стал близким?
Всегда был… Вопреки всему. Я не смогла забыть и победить то чувство, что он разжёг в моём сердце.
Павел так и не стал для меня чужим. Отец моего сына. Любимый мужчина. Единственный мужчина. Всё это лирика, никому не нужная. Реальность гораздо жёстче и суровее.
— Ир, что с тобой? — голос подруги звучит словно сквозь вату. — Ира?
Ольга сжимает моё плечо.
— А? Что? — фокусирую на ней взгляд. — Всё нормально… — уклоняюсь от прямого ответа.
— Где ты? Проблемы?
— Да ну, так… — небрежно отмахиваюсь. Не хочется вываливать на неё все свои беды.
Итак сына своего ей повесила.
— Поделишься? — Оля пытливо смотрит на меня.
— Всё очень сложно и долго, — выдыхаю, нервно заламывая пальцы.
— Я не тороплюсь, — тепло улыбается.
Зависаю на пару секунд. Вино растекается приятным теплом, и тугой узел в груди немного ослабевает. Даже дышать становится легче. Смотрю на подругу. Может, действительно стоило бы поделиться? Но нет. Эта история слишком личная, а последствия очень опасны для Ольги. Я не могу так рисковать.
— Давай в другой раз? — прошу я.
— Не хочется портить вечер.
— Как скажешь, — она искренне улыбается и, судя по всему, не обижается на меня.
Смотрю на часы и начинаю нервничать. Егор должен был уже прийти.
— Что-то долго сына нет, — вслух озвучиваю свои переживания. — Волнуюсь, — вздыхаю и отхожу к окну, обнимая себя за плечи.
— Да всё нормально, прекрати, — успокаивает подруга.
На улице давно стемнело, но и Егор не маленький мальчик. Стараюсь унять тревогу, но это очень сложно.
