Когда я приезжал к отцу, он селил меня в покоях, которые сложно было назвать приличными.
Самые бедные с одной кроватью, тумбочкой и зеркалом. Но я думал, что так положено, пока не увидел покои его старшего сына.
Впрочем, дорогие ковры и картины известных художников не пошли Эдварду на пользу. Они превратили его в капризного и мерзкого человека. Истинного аристократа, так сказать. Отец прощал многие выходки Эдварду, закрывал глаза, сглаживал ситуации и платил откупные за его похождения. А я все ждал, когда же терпение отца закончится.
Смотреть на брата, который идет по наклонной, никакого удовольствия не доставляло. Его поступки, эгоизм и лень отталкивали меня от него. Хотя было время, когда мы вполне могли стать друзьями, время, когда он воспользовался мной, наврал, а после, скинул на меня огромную проблему, забыв о ее существовании.
Такие у меня были отношения с братом и отцом. С людьми, которые не считали меня себе равным и относились хуже, чем к прислуге.
Николь же выделила мне приличную комнату с большой кроватью, ковром и личной уборной.
Эта была гостевая комната, но для знатных гостей и мне было приятно такое внимание супруги.
Тем не менее, оставаться дольше здесь был не намерен. Нужно было поскорее возвращаться домой, чтобы иметь возможность проводить вечера, изливая свои способности на дерево, а не на то, чтобы напугать семейство Нельсон до смерти.
Поэтому, собравшись с мыслями и с твёрдым убеждением уехать и забрать с собой супругу, я направился на завтрак.
Надежды, что Джина уговорит Адама, рухнули, стоило войти в столовую.
Я встретился все с тем же взглядом, полным презрения. Благо рядом сидела Джина, смотревшая на лорда умоляюще. Думаю, вдвоем нам будет легче воздействовать на него."
"Джина нервно теребила край своего ярко-желтого платья. Я отметил для себя, что эта леди предпочитала яркие оттенки, которые ей были к лицу.
Надеюсь, Николь тоже скоро спустится, и мы, наконец, закончим эту сделку. Книжка с чеками лежала в левом кармане, и я был готов подписать один из них прямо сейчас.
На завтрак меня ждала каша, масло, оладьи и ягоды. Запах от каши исходил божественный и после целой ночи, я бы набросился на нее, как голодный волк, но эти дурацкие приличия не позволяли, ведь никто не притронулся к еде ожидая леди Николь и леди Софию.
Младшая леди пришла раньше, в синем платьице и двумя косичками. Она впорхнула в трапезную, опережая провожающую ее служанку.
