Чувства благодарности смешалось с чем-то другим, глубоким и пока мне совершенно непонятным.
Мы смотрели друг на друга с минуту. Дэйрон молчал. Он тоже делал какие-то выводы. Я вдруг поняла, что рядом с ним мне было по-настоящему комфортно. Рядом с ним я даже улыбалась искренне, тогда как с Эдвардом, всегда приходилось давить из себя фальшивую улыбку.
Наши переглядывания прервала София, которая заворочалась. Только в миг, когда наши глаза были устремлены на мою сестру, я почувствовала неловкость, что вела себя так открыто.
"
"Но я не почувствовала в капли стыда, а только радость, что даже когда меня подлавливают на моей игре с лодыжкой, никто не осуждает. А, напротив, мной восхищаются.
Дэйрон аккуратно взял на руки Софию, и мы вместе поднялись на второй этаж. Я смотрела, как он бережно несет мою сестренку и задумалась, что у нас ведь могут быть дети… Мы ведь женаты.
И, несмотря на то, что наш брак едва ли можно назвать настоящим, я вдруг осознала, что хотела бы детей.
Мы бы сидела вот так вечерами рядом с камином.
Дэйрон бы читал газеты, а я гладила по голове нашего заснувшего ребенка и старалась сдержать смех от шуток моего мужа.
И мой муж знал бы меня. Мне бы не пришлось претворяться, фальшиво улыбаться, играть не свою роль.
Должно быть, именно так и выглядит счастье.
Дэйрон положил Софию в кровать. Я поцеловала сестренку в голову и вышла следом за Дэйроном.
- Я провожу тебя до покоев, - сказал он. Но я лишь покачала головой.
- Я сегодня здесь переночую.
Хочу проснуться и увидеть первой Софию, – сказала я.
Кажется, Дэйрон был немного огорчен. Но почему?
- Тогда, сладких снов, леди Лэстер.
Это был первый раз за всю нашу супружескую жизнь, когда Дэйрон не спешил уйти ночью. Он стоял и смотрел на меня.
Я легонько коснулась его руки. Глаза Дэйрона потемнели.
- Сладких снов, лорд Лэстер, – сказала я.
Но он так и не ушел, все стоял и смотрел на меня. А я не могла отойти первой. Моя рука все еще лежала поверх его предплечья.
Ясно было, что сегодня мы стали намного ближе и теперь расставаться стало сложнее. Я чувствовала, что все, что говорю недостаточно, чтобы выразить это. Поэтому позволила себе немыслимую для меня дерзость.
Приподнялась на носочках и поцеловала Дэйрона в его небритую щеку. Его кожа отдавала запахом дерева, и это оказалось намного приятнее, чем целовать надушенного одеколоном Эдварда.
Дэйрон был удивлен, я тоже, но теперь точно настало время расставаться.
