Отец посмотрел на меня растерянно, ведь никогда не слышал мой голос таким.
- Я хочу вылечить отца, – обратилась я к лекарю, поняв, что от папеньки ничего не добиться. – Восстановим курс уколов.
- Это не поможет, – дрожащим голосом ответила Джина. Казалось, она разговаривает сама с собой, держась за спинку кровати отца. Больше она ничего не добавила, поэтому лекарь взяла объяснение в свои руки.
- Чужеродная магия уже распространилась по телу. Уколы больше не помогут.
- Тогда что поможет?
- Возможно, ничего, – сухо ответила она, и я не могла поверить, что человек может так спокойно говорить о чьей-то жизни.
- Возможно? – схватилась я за последнее слово, как за спасательную ветку, такую хрупкую, но необходимую.
- Вы можете попробовать пройти усиленный курс лечения из ежедневных капельниц с одним отваром. Гарантии я дать не могу. Но это может помочь. Этот отвар обволакивает чужеродную магию и не просто ее уменьшает, а уничтожает. – Она посмотрела на меня с ног до головы и добавила скучающе. - Тем не менее, я не думаю, что вам это по карману.
Последняя фраза больно меня ударила:
- Сколько? – спросила я надменно. Лекарь что-то активно начала писать на листке, а после протянула его мне.
- Здесь все прописано, - сказала она и встала со стула.
Я взяла листок и сглотнула.
- Духи милосердные… - протянула, осматривая сумму, которая была слишком велика.
- Я продам поместье, – сказала Джина. Я посмотрела на тетушку, у которой тряслись губы и слезы тихо текли по щекам.
- Но это невозможно, – тихо сказала я, глядя на лекаря.
– Эта сумма огромна.
Я никогда не видела таких цифр. Джина предлагала продать поместье. Но это не покроет расходы даже на треть. Даже если продать поместье тетушки, наше основное поместье и наше северное поместье, этого просто не хватит…
Лекарь вздохнула.
- Ничем не могу помочь, – сказала она. – Прошу меня проводить.
Ульрих устало кивнул головой и последовал за уходящей гостьей. Я не знала, что делать дальше, просто опустила руки, глядя на отца, а Дэйрон забрал листок.
- Почему ты отказался от лечения? – жестко спросила, требуя ответов. Я была намерена их получить, и отец понял, что не отступлю.
- Последние месяцы я не получил от шахт ни копейки и не мог оплатить уколы, – сказал он.
Как я не заметила смену лекарства на витамины. Почему лекарь не сказала мне? Как же я была слепа.
- Почему ты отказался от лечения в первый раз? – не унималась я. – Лекарь сказал, что тебя можно было вылечить. А ты говорил, что нельзя.
