— Отсюда до моего дома — двенадцать миль, и мне следует успеть вернуться до темноты. Сегодня день рождения моей сестры, и я устроил вечер в ее честь. Как только брачный контракт будет составлен, я пришлю его вам. Вы можете вносить в него любые изменения, какие пожелаете, а затем верните подписанные контракты мне. О помолвке будет объявлено немедленно.
Надеюсь, тридцатого сентября мы отпразднуем мою женитьбу на вашей дочери.
— Одну минутку, милорд, — вмешалась леди Морган.
Поднявшись, она грациозно прошлась по комнате к длинному столу, на котором стояла прямоугольная шкатулка темного дерева, отделанная серебром.
Внутри шкатулки оказалось несколько миниатюр. Вынув первую из них, леди Розмари обернулась и протянула ее эрлу. — Наш престарелый родственник, Питер, развлекается, каждую весну рисуя миниатюрные портреты наших детей. Это последний из портретов Блейз. Надеюсь, вы не откажетесь принять его, милорд.
Приняв ее дар, эрл пристально вгляделся в гордое личико на миниатюре. До сих пор его помыслы настолько заполняла Кэти, что эрл даже не задумывался над тем, как может выглядеть его будущая жена.
Впрочем, это его и не волновало — лишь бы она оказалась здоровой и исполнила свой супружеский долг, произвела на свет наследников.
Но сейчас его взгляду предстало на редкость красивое лицо — чистое, идеальной формы, с большими миндалевидными фиалково-синими глазами, окаймленными густыми темными ресницами. Впечатление отнюдь не портил слегка вздернутый носик. Рот оказался довольно мал, но губы были пухлыми и несколько выпяченными.
«Такие губы неудержимо влекут к поцелуям, — подумалось эрлу, — если, конечно, их чувственность не была преувеличена художником». Золотисто-медовые волосы Блейз, разделенные спереди пробором, мягко и свободно вились вокруг прелестного лица.
С трудом оторвав взгляд от очаровательной миниатюры, он произнес:
— Мадам, я просил всего лишь жену, а вы предлагаете мне сокровище. Я ошеломлен и благодарен.
— Надеюсь, — отозвалась Розмари Морган со сдержанной улыбкой, — что вы не преминете сказать об этом моей дочери.
За ней еще никто не ухаживал. Было бы обидно для нее упустить такую чудесную пору жизни.
— По-моему, — в тон ей заметил эрл, — повторить подобные слова Блейз не составит труда. При виде ее красоты у меня перехватило дыхание.
— Только будьте терпеливы с ней, милорд. Она молода, но крепка телом и рассудком. Тем не менее она достойна таких хлопот, уверяю вас.
Эдмунд Уиндхем кивнул.