Если этот человек рассчитывает повесить им на шею очередное дело, пусть притормозит. По крайней мере, он, Карл, не желает вести расследование на острове, основной специализацией которого является копчение сельди и который территориально располагается гораздо ближе к Польше, Швеции и Германии, чем к Дании.
– Вы звоните, чтобы мы помогли рассмотреть какое-то дело? Если так, боюсь, мне придется отправить вас к моим коллегам с верхних этажей. Внизу, в отделе «Q», у нас и так слишком много работы.
На другом конце провода повисла тишина.
Затем собеседник разорвал соединение.
Карл в недоумении посмотрел на трубку, прежде чем швырнуть ее на место. Если этого идиота настолько легко отшить, значит, он и не заслужил ни черта иного.
Качая головой, Мёрк еще не успел сомкнуть веки, как чудо техники вновь заверещало.
Он сделал глубокий вдох. Есть же люди, которые не мытьем так катаньем должны добиться своего…
– ДА! – заорал полицейский в телефон. Возможно, оглушительный крик заставит придурка снова бросить трубку.
– Ой, Карл?! Ты ли это?
Он рассчитывал услышать совсем другой голос…
Карл нахмурился.
– Мама, это ты? – осторожно спросил он.
– У меня сердце в пятки уходит, когда ты так ревешь! У тебя что, горло болит, дорогой?
Карл вздохнул. Уехав из дома больше тридцати лет тому назад, с тех пор он имел дело с маньяками, сутенерами, поджигателями, убийцами и чередой трупов разной степени разложения. В него стреляли. Разбили ему обе челюсти, запястье, личную жизнь и все амбиции добропорядочного представителя среднего класса.
Тридцать лет назад он отряхнул с сапог землю и раз и навсегда сказал себе, что отныне сам распоряжается собственной жизнью и что советы родителей можно принимать, а можно и не принимать, на собственное усмотрение. Какого же дьявола могло получиться так, что одной-единственной фразой мать заставила его вновь почувствовать себя младенцем?
Карл потер глаз и слегка выпрямился в кресле. День предстоит долгий.
– Нет, мам, я в порядке. Просто у нас тут рабочие орудуют, так что ничего не слышно.
– Ясно. А я ведь звоню тебе по очень печальному поводу…
Карл сжал губы и попытался угадать настроение матери. Голос ее звучит расстроенно… Неужели в следующую секунду она сообщит ему о том, что умер отец? А он, Карл, ведь не навещал их уже больше года…
– Папа умер? – наконец рискнул спросить он.
– Боже упаси, да нет же. Ха-ха. Он сидит рядом и пьет кофе. Только что вернулся из хлева, резал поросенка… Нет, речь идет о твоем кузене Ронни.
