Несмотря на здешнюю красоту, на ту роскошь в которой умышленно топил меня мой любовник, я постоянно думала о Серёже. Как он там? Больно ли ему? Жив… ли он.
Леон Моретти – воистину удивительный мужчина. Да, порой он груб, холоден, высокомерен, но ведь так и должно быть. Грубость в поведении и твердость в словах миллионера – его нерушимый имидж. Рядом с Моретти время словно замирает, а его прожорливость заразна. Видит Бог, я не хотела сравнивать мафиози со своим любимым, но правда была в том, что с Леоном я пробовала такое, о чём Серёже не посмела бы даже намекнуть.
Леон был чертовски умелым в постельных делах, рядом с ним я становилась раскрепощённой и смелой. Рядом с ним я чувствовала себя сексуальной и постоянно желанной. Как бы к этому ненароком не привыкнуть. Как бы не стать похотливой наркоманкой.
Потом Леону надоел Неаполь и уединение в резиденции. Теперь ему охота порезвиться на яхте. Она напоминает изящную, белоснежную чайку, покачивающуюся на бирюзовых волнах Тирренского моря. Небольшой морской отдых – так сказал Леон.
Свежий морской воздух щекочет мою кожу. Жаркий день. Очень жаркий. На мне надет купальник Роберто Кавальо, рядом с шезлонгом лежит легчайшее парео. Я надвигаю соломенную шляпу, что лучи солнца не слепили меня и поправляю солнцезащитные очки.
– Растереть спинку?
Меня накрывает тень Леона. Мои губы моментально расплываются в улыбке при виде его спортивного тела. Взгляд сам по себе ползёт вниз, натыкается на бугор в его плавках. Этот зверь снова голоден и жаждет взять меня, несмотря на то, что утром он устроил жарильню в каюте.
Он смотрит на меня. Моё тело покорно отзывается на молчаливый приказ его властного взгляда. Ластовица купальника промокает за считанные секунды. Я располагаюсь на шезлонге как можно удобнее и бесстыже развожу ноги в стороны. Я научилась угадывать все его желания с полувзгляда и полуслова.
– Неплохо, Клубничка. Но у меня для тебя есть кое-что другое…
Он подходит ко мне и упирается коленом в шезлонг, запускает пальцы в волосы и притягивает мою голову к своему паху.
Свободной рукой оттягивает плавки вниз, освобождая мощную уже вставшую острым штыком плоть:
– Поработай ротиком.
Красота его мужского органа берёт меня в плен. Дух захватывает от того, как его сильные пальцы скользят по стволу, обнажая головку. Я автоматически облизываю губы и накрываю ртом конец бархатной, чуть солоноватой на вкус головки. Слизываю языком жемчужную каплю его смазки. Пряное, терпкое послевкусие растекается на моём языке.