— Я ничего не знаю о делах мужа, — стараюсь держаться на равных, но голос предательски дрожит.
— Ты заставляешь меня применять методы, которые тебе могут не понравиться.
— Глеб тебя убьёт за всё это, когда выйдет.
— Беспокойся о том, что будет с тобой. Сейчас. И не советую угрожать сотруднику полиции при исполнении.
Органы чувств включаются рефлекторно одно за другим из привычного фонового режима в повышенный. Хочется перестать дышать, чтобы мужской запах не проникал в ноздри, раздражая слизистую и оседая в лёгких.
Он пахнет так знакомо, но в то же время иначе. Резче, ярче, но всё же знакомо.
После расставания у меня осталась его спортивная мастерка, в которой я пришла домой, когда прохладным летним вечером он провожал меня и набросил её на плечи. Его запах, смешанный с ароматом туалетной воды, ещё долго оставался на ткани. На ночь я закутывалась в просторную мастерку и ложилась спать. Иногда плакала подолгу, понимая, что аромат этот становится всё слабее.
И вот сейчас будто тумблер на полную выкрутили, оглушили этим запахом.
Сильно отличающимся, но узнаваемым мною на уровне безусловных рефлексов.
— Артёмова права, — прошептала я шокировано, — ты не просто мент.
— Твоя Артёмова слишком много совала нос куда не следует.
— Совала? — внутри похолодело. — Что ты сделал с ней?!
— Пока ничего. Но всё будет зависеть от тебя, Злата.
— Ты угрожаешь мне? — я всё больше и больше погружаюсь в шоковое состояние.
— Расценивай как хочешь. Но завтра, когда пойдёшь на свидание к мужу, ты об этом ничего не скажешь, поняла? — он приподнимает пакетик с той маленькой штукой, что нашёл в игрушке.
— Если ты мне не лжёшь, то ключ туда, скорее всего, положил твой муж, и пусть он думает, что тот там находится до сих пор.
Как так вышло, что Бахурин уже опутал меня своей паутиной? Поставил под угрозу близкую подругу, заставил обманывать мужа. Он действительно изменился, это совсем не тот человек, которого я знала. И мне становится страшно лишь от одной мысли о том, на что он может быть способен.
"
"Бахурин убирает улику в карман и отходит от меня, позволяя, наконец, сделать полноценный вдох.
— До скорого, Злата. И я бы на твоём месте озаботился, насколько качественно работает ваш адвокат.
Когда Бахурин уже почти у двери, я не сдерживаюсь.
— Как случилось, что ты стал таким, Демид? — произношу севшим голосом.
— Это каким? — он разворачивается, держа руки в карманах, и смотрит внимательно через расстояние комнаты мне в глаза. — Я просто делаю свою работу.
