Говорю:
– Всех новеньких об этом предупреждаешь?
– Я видела, как ты на него смотришь, – выдает она то, что не следовало, и добавляет, – я не дура.
– Спорное замечание, Дуняева. Я буду смотреть на всех, на кого захочу. И так, как захочу.
Оттесняю ее плечом и собираюсь выйти из раздевалки в зал.
– Ты мне не хами, Милана, – говорит она зло. – Если ты еще не поняла, со мной аккуратнее надо.
Я только хмыкаю и ухожу. Я все давно поняла. Но иногда нужно просто промолчать, чтобы взбесить еще больше.
Глава 4
Физрук выглядит очень колоритно.
Он огромный, лысый и бородатый. Одного взгляда достаточно, чтобы стало ясно: все парни этой школы его обожают. Константин Антонович, но, конечно, все зовут его Косатон. Причем не за глаза, а прямо в лицо, но он не против. Я притихаю и сажусь на скамейку. Держусь с независимым видом, но на самом деле наблюдаю.
Когда начинается урок, Косатон нас строит, проводит разминку и разбивает на команды для игры в баскетбол. Выдыхаю облегченно. Я играю нормально. Не хорошо, не плохо, просто сносно.
Может быть, потому, что не боюсь мяча. Я срезаю ногти под самый ноль, так что не переживаю за маникюр, как остальные девчонки. Плюс не боюсь боли. Вот и весь секрет.
Может быть, это судьба, может, просто удачное совпадение, но мы с Кристиной оказываемся в разных командах и выходим на поле друг против друга. И я уже знаю, что надо делать. План не идеален, но другого у меня нет.
Какое-то время пасуемся, бегаем по полю, все выглядит безобидно. Но я напряжена до предела. Выжидаю нужного момента, как будто подстерегаю добычу.
Наконец Дунаева бежит к нашему кольцу. Как девчонка, медленно и жеманно. Мелькают ее ноги в розовых легинсах. Я ее сопровождаю, блокирую своих же, закрываю спиной. И в момент, когда она готовится к броску, резко выставляю руку, но не сбрасываю мяч вниз, а отправляю обратно, прямо ей в лицо. Со всей силой, на которую сейчас способна.
Дунаева визжит, закрываясь руками, Косатон оглушительно свистит. Я же пользуюсь паузой, чтобы выровнять дыхание.
– Она мне нос сломала!
– Ты! Как там тебя, новенькая, ты что творишь?!
– Ставлю блок, – отвечаю невозмутимо и поворачиваюсь к физруку, – я играла в мяч, что не так?
– У меня кровь?! – голосит Кристина, убирая ладони от лица.
– Скажите, у меня кровь?!
Никакой крови нет. Ее прекрасный королевский носик в порядке. Но Дунаева в ужасе, а это очень хорошо. Давлю в себе угрызения совести. Так нужно.
Смотрю, как Косатон ощупывает ее личико. Как бубнит что-то успокаивающее.
