Лия повернула чуткие ушки в нашу сторону, Анриэль тоже вся напряглась и перестала поглаживать шерсть дочери.
– Шухер, князь, – не успел я даже опомниться, как кота уже и след простыл.
Тихо выругавшись, как последний лазутчик, я тоже обратился в волка.
И как я дошёл до такой жизни, что скрываюсь и прячусь по кустам, даром что князь?
Спустя десять минут я уже входил в гостиную, в которой меня ждали мои бойцы.
И пока они говорили, я ловил себя на мысли, что глупо улыбаясь.
– Князь, ты какой-то странный вернулся, – поднял в удивлении бровь Гор.
– Продолжайте, продолжайте, я слушаю вас, – всё так же глупо улыбаясь, проговорил. Кажется, я придумал, чем мы займёмся завтра… первой охотой.
***
Анриэль, белая ведьма
– Как? Как ты могла обрести волчицу, – шипел кот и наступал на нас дочерью.
– Вот так встреча. Повелитель, умерь свой пыл, – проговорила я, а потом до меня дошло. – Так это ты следил за нами мелкий паршивец, – обвинительно указала на него пальцем.
– Я, – гордо произнёс он и сел, царственно выпячивая грудь.
– И ты, Лия, меня огорчила, – обиженно произнёс Повелитель и перевёл свой взгляд на мою дочь, при этом даже практически пустив слезу. Вот же мелкий манипулятор. – Почему ты не выбрала себе тигрицу? Ну пантеру на крайне бы случай, а лучше бы кошечку. Только представь, какой бы ты красивой, маленькой и пушистенькой была, – мечтательно произнёс он, закатив глаза, а потом обиженно продолжил. – Я же тебе намекал, намекал, ходил вокруг тебя, вился и демонстрировал себя во всей красе.
А что сделала ты, – коготком указал он на опешившую дочь. – Стала волчицей! Бросила меня, бедного котика, в одиночестве. Я бы тебе нашёл мужичка, мы бы отправили его на службу далеко-далеко в неизведанные дали, а сами бы жили-поживали вместе, бегали бы вместе, а теперь же… как же я теперь буду жи-и-ть, – завыл этот актёр, продолжая давить на совесть. Я села в кресло и продолжила наблюдать за удивлённой дочерью и этим интриганом.
– Но ведь ничего же не изменилось, – сказала дочь, явно ничего не понимающая.
– Как не изменилось? Мечта-а-а, – завыл кот. – Моя мечта разбилась. Как жить? Как жи-и-ть? – подвывал кот и падал набок, вставал и снова падал, потому как никто и не собирался его ловить.
А нет, Лия, сердобольная моя, подошла и взяла его на руки, села на диван и принялась его гладить. Тот заурчал и принялась тереться о её руку.
– Но ведь с мамой же ты как-то жил? А она волчица, – заметила Лия.
