Но на это Ди почему то странно улыбается и качает головой.
- А может, наоборот…
- Что ты имеешь ввиду?
- Не бери в голову, - отмахивается она. - А у нас осталась еще еда?
- Да, но можем еще заказть. - Ди идет в кухню, а я за ней. - Так что ты имела в виду? Ты что-то знаешь?
Ромашка многозначительно улыбается и скрывается за дверью холодильника.
- Диана!
- Что? Не нравится, когда ты не в курсе чего-то?
Она выглядывает и хитро улыбается. Вот ведь хулиганка!
- Ну-ка иди сюда, буду тебя допрашивать с пристрастием, - говорю и улыбаюсь многообещающе.
Любимая выжидающе смотрит. В ее взгляде нет ни намека на страх или сомнение. Наконец-то!
- А ты уверен, что справишься? - продолжает дразнить меня.
- Буду стараться, родная. Очень-очень сильно. Чтобы не разочаровать тебя.
- У тебя и не получится, - неожиданно серьезно говорит она, когда настигаю Диану у стены.
- Уверена?
- На все сто.
И это обалденно - знать, что твоя женщина не сомневается в тебе, что ты - центр ее вселенной.
- Тогда иди ко мне, ромашка.
Тебе понравится…
Она мягко улыбается и делает шаг ко мне, сама тянется за поцелуем, напрочь забывая о том, что хотела поесть…
Эпилог
Диана
Больше трех лет назад моя жизнь разделилась на до и после. Я была уверена, что навсегда останусь покалеченной и ущербной, одинокой и преданной."
"Но мне повезло встретить мужчину, который показал мне, что такое доверие, надежность и любовь. И пусть наше знакомство было пугающим и странным, я бы ни за что не изменила ничего, будь у меня возможность.
Я все же согласилась на предложение Карима убрать шрамы со спины. Долго сомневалась стоит ли - ведь это определенный груз, который сросся со мной, стал частью меня. Но в итоге сдалась. Мне хотелось быть для мужчины самой красивой. Хотелось видеть восхищение в его глазах. И хотя он никогда не давал почувствовать мою неполноценность, я знала, что каждый раз, видя отметины на моей коже, он бессильно злился.
Потому что Юсупов хоть и поплатился жизнью тогда, сам Карим никак не приложил к этому руку.
И мои слова, что это даже хорошо, никак его не убеждали.
Праведный гнев, злость и ярость все равно жили в нем. За это время я уже поняла - Мехдиев не терпит беспомощности. Он всегда идет к цели, и в итоге добивается ее.
Тот самый Алекс больше не появлялся в нашей жизни, но однажды Карим все-таки уступил и рассказал мне, как им удалось вытащить меня из того ужаса - ведь сама я помнила лишь отдельные обрывки.
