- Прости, я только все порчу…
Он ничего не говорит, только прижимает к себе и оставляет невесомый поцелуй.
- Отдохни. Обсудим это дома.
Удивительно, но я и правда засыпаю. Несмотря на не самый приятный разговор, на тот осадок, который остался после него. Рядом с Каримом я могу расслабиться. И довериться.
Эта уязвимость перед ним меня очень пугает.
Просыпаюсь я уже в квартире, точнее, когда боец заносит меня в спальню. Сонно моргаю, пытаясь понять, как оказалась здесь.
- Ты слишком сладко спала, - поясняет он, видя мое недоумение.
- Не стал тебя будить.
- Спасибо, - растерянно говорю, приподнимаясь и осматриваясь. Вроде меня не было здесь всего ничего - несколько дней, но ощущение, что это было в прошлой жизни.
- Голодная?
- Немного."
"- Скоро приедет доставка. Отдыхай пока.
Он уходит, а я сажусь и пытаюсь понять, что чувствую. Прислушиваюсь к себе и ищу подсказки - как же быть дальше? Остаться с мужчиной, рискнуть и довериться полностью? Но что если тем самым я усложню его жизнь? Как долго он сможет сопротивляться своей семье? И будет ли от этого счастлив?
Это у меня с родителями не сложилось доверительных отношений.
А у Карима?
В итоге, собравшись с духом, иду искать хозяина квартиры, чтобы попробовать еще раз поговорить. Но нахожу того в кухне. Перед ним лежит аптечка, а сам обнажен по пояс и занят тем, что меняет повязку.
Теперь я в полной мере могу оценить все последствия того боя с близнецами. Горло сдавливает, а в глазах мгновенно появляются слезы.
Боже, если бы я могла сделать так, чтобы ему не пришлось…
- Ты чего? - спрашивает он, заметив мою реакцию.
- Диана, все в порядке.
Он тут же подходит ко мне, не обращая внимания, что повязка спадает. - Родная моя, я тебя напугал? Не бери в голову, бывало и хуже. Это так, мелочи…
- Карим… - выдыхаю я и в ужасе закрываю рот ладонями. Видеть его в таком состоянии - выше моих сил. В голове набатом бьет мысль - это я виновата. Это из-за меня ему досталось…
Мехдиев же вместо того, чтобы успокаивать меня, запускает руку в волосы и жадно целует.
Можно даже сказать подавляет. Отчего моя истерика сама собой сходит на нет.
- Ну, все, ромашка, все, - шепчет, едва оторвавшись от меня. - Все, расслабляйся. Лучше помоги мне.
- К-как?
- Повязки поменять - у меня криво как-то выходит.
Он выжидающе смотрит на меня, и я несмело киваю в ответ. Мы возвращаемся за стол, и я полностью сосредотачиваюсь на его “трофеях”. Стараюсь не думать, не скатываться снова в панику и чувство вины.
