– Насчет этого… Барманлиева понятия не имею, – пожал плечами Фред, – а Никиту прозвали Слоном из-за пуловера, который ему фанатка связала. У нее плохо получилось – сделала Никите свитер с воротником хомут, а тот свернулся трубочкой и повис, как хобот. Все обрыдались, когда Слонов его нацепил: ну типичный слон! И фамилия свою роль сыграла.
– Вы о ком говорите? – не понял я.
– О Слоне, – сказал Фред. – Я часто говорил: «Никита, у тебя уникальный голос! Бросай Гнома и компанию, они балласт, поступай в консерваторию».
Куда там! Спасибо Володе Марану. Знаешь его?
Я покачал головой.
– Прикольно, – заржал Фред, – в Москве нашелся человек, который не знаком с Вовкой. У Марана всегда водились пиастры, потому что он наикрутейшие квартирники устраивал.
Безумный прищурился.
– Про квартирники слышал?"
"– Да, – кивнул я. – Это подпольные концерты рок– и других не признаваемых советскими властями музыкантов, которые подпольные же продюсеры устраивали на квартирах. Пару раз я ходил на подобные мероприятия, но не особо впечатлился.
Какие-то группы из Екатеринбурга были. Играли неплохо, но публика! Народ пил много водки, закусывал карамельками, а я даже в юности не любил наливаться по уши.
– Серьезный ты, Ваня, человек, – вздохнул Фред. – А мы с Вовкой обалдуи. Когда справляли юбилей Марана, он мне сказал: «Пятьдесят лет мне уже, а ума нет и не будет. И ты безумный. Давай, Фред, как всегда, с моста сиганем?» Традиция у нас такая есть – в именины, его и мои, в парке в пруд с моста прыгать. Когда-то думали: вот стуканет Вовану полтос, и завяжем.
Ни фига! Так и скачем до сих пор с перил вниз. Именно Вовке спасибо, что он Слона записывал, а потом, когда «Ронди Кар» пропали, пластинку выпустил. Бабла нарубил! Прямо сноп тугриков. Хотя мне на Вована злиться не след, он первый диск записал, когда ребята только начинали, благодаря ему они известность получили. Правда, ненадолго. Том, Бом и Гном на фиг никому не нужны, а Слон другое дело. Я его часто слушаю.
– Хотите сказать, что сейчас пел не Курмангалиев? – уточнил я.
– Нет, это Слон, – повторил Фред. – Вот, смотри.
Безумный встал и взял с подоконника конверт из-под диска. Его обложку украшало фото, на которое я уставился во все глаза. Фред показал пальцем на бородатые лица:
– Том, Бом, Гном…
– Слон и Лошадь, – договорил я. – Правда, я вижу только четверых музыкантов. Была еще девушка… Но ее здесь нет!
– Лошадь одна из них не исчезла, до сих пор в шоу-бизнесе, – пустился в объяснения Фред.
