Лера, похоже, уже отключилась, так как ее стоны прекратились, а голова безвольно болталась из стороны в сторону.
Тут Федор вспомнил, что он тоже может получить подобное удовольствие, и подойдя к мне, перевернул меня на спину и, развязав ноги, стянул с меня легкие штаны вместе с плавками.
Затем Федор прижал ноги к моей груди и уставился на открывшуюся ему картину. Аккуратная, беленькая писечка, на которой только недавно стали пробиваться первые волоски, небольшой клитор розового цвета, чуть ниже маленькая попка с розовой девственной анальной дырочкой.
Недолго думая, Федор спустил свои штаны, все еще продолжая удерживать рукой мои ноги. Достал из кармана рубашки какой-то тюбик, видимо с кремом, выдавил немного на мое анальное колечко, а затем и на свой член, который уже достиг полной готовности и был вполне внушительных размеров, хотя и поменьше, чем у второго мужика, который продолжал насиловать Леру.
Не долго думая, Федя пристроил головку своего члена к плотно сжатому колечку и надавил.
Я изо всех сил стала вертеть задом, пытаться звать на помощь.
Но член, преодолев преграду, стал проходить внутрь, раздвигая стенки прямой кишки. Мне казалось, что ему прорубили там новую дырку, что член этого небритого мужика уже проткнул меня и вышел из спины наружу.
Вся моя попка болела, такой боли я еще не испытывала, хотя в свои восемнадцать уже успела сломать себе руку, но и тогда боль, как мне казалось, была меньшей.
Тем временем член проник в меня всего лишь наполовину и продолжал продвигаться внутрь.
Тесная попка давила и не пускала в себя член, но Федор нажимал все сильнее и сильнее и, наконец, погрузился полностью, ощущая прикосновение своих яиц к нежной коже моих половинок попки.
Немного подождав и дав мне отдышаться, он пошел обратно, сантиметр за сантиметром вынимая свою оглоблю из некогда девственных внутренностей.
Полностью выйдя, он еще выдавил крема на свой отросток и стал смотреть на медленно закрывающееся подрагивающее в такт ударам сердца колечко, ставшее уже не розовым, а темно-красным.
Опять приставив член к входу в попку, он вошел в меня, на этот раз целиком, до упора, ощутив как он там во что-то уперся, и как его собственные яйца опять соприкоснулись с моей кожей.
Мои глаза полезли на лоб от такой резкой неожиданной боли, я уже ничего не чувствовала, ни того, что лежу на земле, усыпанной елочными иголками и старой листвой, ни затекших рук и ног, все мои ощущения были вокруг моего анала и это было только одно ощущение – боль.
