Мельком оглядев мужчин, которые перевели все свое внимание на меня, я тихо выдавила «извините» и посмотрела на Абеля, который остановился на полуслове и задержал на мне взгляд. Он выжидающе смотрел на меня, а на его переносице все глубже становилась впадинка от хмурого взгляда. И трудно было понять, то ли он в гневе, то ли в недоумении.
– Нам надо поговорить! – выпалила я, пока вся моя решительность окончательно не испарилась под его суровым взглядом.
Абель слегка изогнул бровь и медленно выпрямился.
Откинувшись на спинку стула, он склонил голову и, прищурив глаза, он окинул меня задумчивым взглядом. Стушевавшись, я потупилась и оглядела мужчин, которые теперь по большей части смотрели на своего президента, вероятно, в ожидании его действий. Мои глаза невольно блуждали по кабинету, но в какой-то момент взгляд остановился. Я буквально застыла, уставившись на противоположную от меня стену. Сначала я решила, что мне показалось, но в следующую секунду на моем лице отразился немой шок, смешанный со страхом.
Стена была увешана фотографиями в одинаковых по размеру рамках, где были запечатлены лица разных мужчин в анфас. У всех было одно общее: каждый стоял на фоне черно-белой линейки – ростометра и держал в руках опознавательную табличку, которые выдают в полицейском участке при криминалистической регистрации. Они были незнакомы мне, и первой мыслью было, что это просто тематический фон. Однако мое сердце ухнуло вниз, когда среди мужчин я узнала Рока, Монгола, Джема, а затем… Абеля.
Его фото было на самой вершине в центре, и я уставилась на него во все глаза с потерянным выражением лица, на мгновенье выпав из реальности. Здесь он выглядел моложе, а его светлые волосы были коротко подстрижены. Как и у всех, в его руках была табличка с данными и номером. Он смотрел нагло, бесстрашно, словно бросая вызов всему, что с ним тогда происходило. Мой взгляд снова окинул многочисленные фото, и я ужаснулась, заметив на уголках некоторых черные ленточки.
По спине прошли холодные мурашки от сурового взгляда мужчин, которых уже не было в живых.
Это была эдакая стена почета. Однако, не по заслугам лучшего члена клуба, а неизбежного пребывания в полицейском участке, а возможно, и в тюрьме!
Меня ударила под дых свинцовая, пугающая действительность. Медленно переведя взгляд на сидящих за столом мужчин, которые в свою очередь внимательно наблюдали за мной, я ощутила приступ паники.
