И еще, я решила, что нам было бы неплохо пожить здесь. Ты посмотришь, как строят отношения нормальные люди, – заявляет с намеком на моего отца. – А я, – довольно улыбается, – обзаведусь подругой. Почему нет? Должна же я подружиться с младшей сестренкой будущего мужа. Может хоть одеваться ее научу нормально.
– Не смей! – делаю шаг к ней, она от меня и все так же улыбается.
– А я уже.
– Что. Ты. Уже?! – меня снова колотит.
– С отцом твоим утром говорила. Они же завтра прилетают, ты знаешь?
Машинально киваю.
– Ну вот, я чего и приехала сегодня.
Новость тебе сообщить. Михаил дал добро, и мы до свадьбы поживем здесь. И можешь не помогать мне с вещами. Сама перевезу все, что нужно на ближайший месяц. А ты, – глядя на мою реакцию, Лана торжествует. Ее глаза горят от того, что маленькая победа осталась за ней. – Можешь хоть в трусах ходить, – хихикает. – А лучше без, – вновь подходит вплотную. Трется об меня, словно голодная кошка. Обнимает за шею и целует в плотно сжатые губы.
– Ой, – слышу от двери.
– Извините! – Милли пулей вылетает обратно за дверь.
– Твою ж мать… – рычу, отстраняя от себя Лану и откидываю голову, упираясь затылком в прохладное стекло.
Успокоившись, выскочил следом, но не нашел ее ни в комнате, ни во всем доме. Зато нашел во дворе. Она сидит в беседке, закутавшись в толстовку брата, и смотрит, как Стэфан избивает боксерскую грушу, сверкая голым торсом. На скамейке возле нее стоит большая бутылка воды и корзинка с красиво упакованными сладостями. Теперь понятно, куда, психанув, ездил Стэф.
В магазин, он тут рядом совсем. Подозреваю, хотел прокатиться, но в последний момент отчего-то передумал.
– Семейная идиллия, – слышу за спиной довольное урчание. Лана обошла меня, больно оцарапав ногтем спину прямо через ткань футболки.
Стэфан замер, увидев, как девушка подошла и села на скамейку рядом с нашей малышкой.
– Ну что? – улыбнулась она Милли. – Будем мириться?
– Лана, – рычит Стэфан.
– Ой, – она только отмахнулась от брата, как от назойливой мухи.
– Мальчики, идите займитесь делами. А девочки тут разберутся сами. Правда ведь? – вновь смотрит на растерявшуюся малышку.
Но тут она вдруг берет и согласно кивает.
– Я не оставлю вас наедине, – говорит Стэфан. – Проходили уже."
"– Да прекрати ты. Ну погорячилась. С кем не бывает? Тем более у меня был повод злиться. Но! – она поднимает вверх свой наманикюренный пальчик. – Я все осознала и решила извиниться. Честно-честно. Мы ведь скоро станем родственниками.
