А потом Кардан двигается прочь, и я с ним вместе. На другом краю зала замечаю Тарин, рядом с ней Локк. Глаза ее расширены, она пожирает глазами того, кто шагает рядом со мной. По ее лицу пробегает что-то очень похожее на негодование.
У нее есть Локк, но я здесь с принцем.
Так вообще-то нечестно. Я не могу по одному взгляду судить, о чем она думает.
– Часть первая завершена, – говорю я едва слышно, отводя взгляд от сестры. – Мы прибыли, вошли и до сих пор не в кандалах.
– Да, – отвечает Кардан. – Помнится, Таракан сказал об этой части плана «проще простого».
План, который я ему изложила, состоит из пяти частей: первая – войти; вторая – запустить остальных; третья – завладеть короной; четвертая – возложить корону на голову Оука; пятая – выйти.
Я извлекаю ладонь из его руки.
– Никуда один не уходи.
Он отвечает натянутой улыбкой покинутого на произвол судьбы и кивает.
Я направляюсь к Ориане и Оуку. Вижу, как на другом краю зала Северин прерывает с кем-то разговор и идет к принцу Балекину.
На верхней губе у меня выступает пот, ладони тоже влажные. Если Северин скажет что-нибудь лишнее, придется отказаться от промежуточных звеньев плана и сразу переходить к последнему, то есть убираться отсюда.
При моем приближении Ориана кладет обе руки на плечи Оука. Он поднимает руки к ее ладоням. Хочется схватить его, обнять. Надо бы спросить, объяснила ли Виви, что здесь произойдет. Заверить, что все будет прекрасно. Но Ориана сжимает его пальцы, привлекает мальчика к себе, избавляя меня от необходимости лгать.
– Что это значит? – спрашивает Ориана, кивая в сторону Кардана.
– То, о чем вы просили, – отвечаю я, проследив за ее взглядом. Балекин каким-то образом вовлек Кардана в разговор с Северином. Кардан хохочет и ведет себя вызывающе нагло. Я шокирована осознанием того, что если всю жизнь проводить в страхе, с постоянной оглядкой за спину, то легко делать вид, что не замечаешь даже серьезной опасности. Мне удивительно, что Кардан способен на это. Балекин кладет ладонь ему на плечо.
Кажется, что его пальцы вот сейчас вопьются в шею Кардана.
– Придется нелегко, – говорю я Ориане. – Надеюсь, вы понимаете, что за все надо платить…
– Я заплачу, – быстро говорит она.
– Никто из нас не знает цену, – бросаю я, затем спохватываюсь, не услышал ли кто мой резкий тон. – Но всем нам придется заплатить.
От вина я разрумянилась, а во рту чувствуется металлический привкус. Наступает время перехода к следующей части плана.
