Еще больше удивляются, заметив сквозь дверной проем, ведущий в комнату с картами, принца Кардана, привязанного к стулу.
– Разве ты не должна быть с отцом и праздновать? – выплевывает Призрак. Я на шаг отступаю. Раньше он всегда служил образцом совершенного, даже противоестественного спокойствия. Теперь они не кажутся спокойными. – Бомба еще там, и эти двое едва не погибли, чтобы выручить меня из темницы Балекина, а ты сидишь тут и радуешься?
– Нет! – твердо отвечаю я. – Подумай вот о чем. Если бы я знала, что произойдет, если бы я была на стороне Мадока, то появилась бы здесь только в сопровождении рыцарей.
Вас застрелили бы прямо в дверях. Вряд ли я пришла бы одна, волоча пленника, которому бы очень обрадовался мой отец.
– Успокойтесь оба. Мы все на взводе, – говорит Таракан, осматриваясь и оценивая причиненный им ущерб. Качает головой, потом его внимание привлекает Кардан. Он подходит к принцу, рассматривает его лицо. Черные губы расползаются, обнажая в довольной гримасе зубы. Он поворачивается ко мне.
– Хорошо, что хоть кто-то из нас сохранил холодную голову.
– Привет, – произносит Кардан, поднимая брови и посматривая на Таракана так, словно они сидят за чашкой чая.
После прогулки под столами, после того, как я схватила его и связала, одежды принца не в лучшем состоянии, а его печально известный хвост выбился из-под белого батиста рубашки. Он тонкий, почти безволосый, с пучком черного меха на кончике. Пока я смотрю, хвост свивается дрожащими кольцами, трепыхается, как змея, и выдает главное: несмотря на надменный вид, Кардан ни в чем не уверен и испуган.
Теперь понятно, почему он прячет эту штуку.
– Надо его убить, – говорит Призрак, остановившись в дверном проеме; его светло-каштановые волосы беспорядочно падают на лоб. – Он единственный член королевской семьи, который может короновать Балекина. Без Кардана трон будет навеки утерян, и мы отомстим за Даина.
Кардан делает быстрый вдох, потом медленно выпускает воздух.
– Я бы предпочел жить.
– Мы больше не работаем на Даина, – напоминает Таракан, и крылья его носа, похожего на длинный зеленый нож, вспыхивают.
– Даин мертв, и ему дела нет до тронов и корон. Мы продадим принца Балекину за то, что сумеем выторговать, и уйдем. Затеряемся среди малых Дворов или в массе свободного народа. Там весело, и у нас будет золото. Можешь пойти с нами, Джуд. Если хочешь.
Соблазнительное предложение. Гори оно все огнем. Начать заново там, где меня никто не знает, кроме Призрака и Таракана.
