- Лучше сама скажи, потому что я все равно узнаю и занесу твой проступок в общую базу избранниц, - сощурился мужчина.
- Айа Като, фаэр, - астерийка склонила голову, - я сама вычищу вашу форму и все исправлю. Не делайте этого, умоляю.
- Като... - ухмыляясь произнес незнакомец, - такая уважаемая семья и воспитала такую нерадивую самку...
По бледным щекам девушки уже катились бисеринки слез, а огромный астериец продолжал при всех оскорблять ее. запугивая какой-то базой избранниц. Он бы и дальше отчитывал Айю, но в этот момент его резко развернули.
- А ну, извинись перед девушкой? - рядом с синеволосым стоял наш Жорка и грозно взирал на скандалиста. И куда только его заикание делось! Плечи расправились, глаза горели огнем. Он даже стал выглядеть как-то внушительнее, излучал ту силу, с которой невозможно было не считаться.
- Что тебе за дело до этой астерийской самки? - зло прошипел синеволосый, но на шаг от девушки отступил.
- Извинись, я сказал! - настаивал Жорка, сжав руки в кулаки.
- Пожалуйста, не надо, - взмолилась Айа, смотря на Селедкина наполненными слезами, синими глазищами, - будет только хуже.
- И ты даже не представляешь насколько, жалкая ска! - пыхтел разгоряченный обидчик, - ты станешь посмешищем и позором семьи Като.
- Заткнись! - грозно приказал ему Жорка и, как не странно, астериец утих. Селедкин взял руки девушки в свои и, нежно взглянув на нее, спросил, - почему ты позволяешь ему так с собой общаться?
- Он может написать о моем промахе в общеастерийскую базу избранниц и тогда меня никогда не возьмут замуж,
- тихо ответила она, - а незамужняя девушка - это позор для семьи.
- Вот именно! - самодовольно ухмыльнулся астериец, - после того, как я опишу все твои промахи, даже не смотря на то, что ты Като, сможешь рассчитывать лишь на место десятой, а то и пятнадцатой жены и то захудалого рода.
- Я сказал тебе заткнуться! - рявкнул Жорка и синеволосый зло оскалился.
- Да кто ты такой, чтобы диктовать мне, отпрыску рода Вурса, что делать! - воскликнул он и двинулся в сторону Селедкина. Надо сказать, фигура астерийца была габаритнее Жоркиной. Они смотрелись, как мощный дуб и изящный клен рядом. Волнуясь за друга, мы все трое медленно вставали из-за столика, готовые в любую минуту прийти на помощь.
- Я Жоффрей Селедкин, - гордо заявил наш герой и добавил, - гражданин Земли.
