Это что, сигнал подъема такой? Да это же вой возмущенной тетки, плавно переходящий в ультразвук, смерть барабанным перепонкам. Всклокоченная, заспанная Хунька взирала на меня испуганными желтыми глазищами с соседней кровати.
- Верник! – хриплым спросонок голосом проскрипела она, - это что война и мы все умрем?
- Нет, подруга, - отозвалась я не менее жизнерадостным голосом, - это они нам так радоваться новому дню предлагают.
- Каждое такое доброе утро я не вынесу, - простонала Хуня, зарываясь в подушку, - нужно попросить Жорку отключить этот звук в отсеке.
- И как вставать будем? - поинтересовалась я.
- Феклушу заведем… - отозвалась она.
- Нет, уж. Сама заводи своего Феклушу. Я в твоем механическом разврате не участвую! Так и знай!
- Дура ты Алька, - обиделась подруга, - я тебе про будильник говорила а не…
- Вставай! – скинула одеяло с недовольной Хуньки, - до утренней тренировки пятнадцать минут.
- Сейчас кто-то в лоб схлопочет! – пыхтя, она медленно стала сползать с кровати.
- Догони сначала! – показав ей язык, заняла санблок.
- Верник, так не честно, - взывала к моей совести Хунька, - я так опоздаю!
- Кто рано встает у того и вишенка на торте, - сказала, освобождая ей проход к умывальнику.
Через десять минут, переодетые в спортивную форму, мы уже неслись к лифту, чтобы телепортироваться на крытый стадион, где должна была состояться утренняя тренировка. Переместившись в нужный нам сектор, отыскали своих. И тут со всех сторон послышалось восхищенное:
- Ооооооо! Ааааааа! Ничего себе!
Лично меня это чрезвычайно насторожило и я завертела головой в поисках объекта, вызвавшего такую реакцию.
Оказалось, что таких объектов четыре – мы с Хунькой и две девушки-землянки с Европы. Надо сказать, что на Земле для удобства курсантов, спортивная форма состояла из эластичных шортов до колена и футболки. Девушки вместо футболки, как правило, носили короткие топы. И вот сейчас на то, что дома было нормальным и обыденным, взирал весь стадион восхищенно улюлюкая. Я перевела взгляд на других девушек, они были одеты в просторные синие штанишки и такие же курточки.
Да, попали! Почувствовала, как от стыда начинают гореть щеки.
- Алька, не смей! Не смей краснеть! – прошипела Хунька, - во-первых, нам еще не выдали форму, а во-вторых пусть у них глаза от восхищения лопнут! Оглянись вокруг, на кого им еще смотреть, как не на нас.
- Зря ты, Хунь, - поборов смущение, отозвалась я, - есть вполне симпатичные девушки. Возьми хоть нашу соседку Анвен.
