- Подлетаем, - флайкар плавно спланировал на специально оборудованную под стоянку крышу Хунькиного дома, - так какие планы?
- Вечером с вами, - отозвалась я, вылезая из кабины флайкара, - завтра с родителями, а послезавтра хочу слетать к прапрабабушке. Давно ее не видела, да и День рождения у нее скоро.
- Это же сколько бабушке Пелагее стукнет? - присвистнула подруга, заходя вслед за мной в скоростной лифт.
- Сто сорок восемь лет, - улыбнулась я.
- Огоооо! А на вид больше сорока и не дашь! - в который раз восхитилось подруга, - повезло тебе с генетикой, Верник!
- Тут не поспоришь.
Только знаешь, странная у нас генетика. Вроде никаких отклонений врачи не находят, а живем долго, рождаются только девочки. Началось все с бабушки Пелагеи. Хотя, сейчас любой человек может дожить до ста пятидесяти и даже больше, лишь бы галокредитов хватило.
- Не думаю, что Пелагея Джоновна тратит галокредиты на поддержание своей молодости, - Хунька откровенно веселилась, - не в ее характере.
- Да, - тут же согласилась я, - бабушка сейчас откапывает подводный город около побережья Японских островов.
Говорят он еще времен Атлантиды. Ей по косметическим клиникам бегать некогда, никогда не сидит на месте.
- Ээээх... - вздохнула подруга, - а мои родственники к семидесяти годам уже выглядят древними развалинами, как тот город, который бабушка Пелагея откапывает.
- Не переживай, тентурийцы живут до трехсот лет, а в тебе победили их гены. Сама же говорила, - подколола я Хуньку, - так что и от твоего отца есть ощутимая польза.
Он улучшил генофонд твоей семьи.
- А ведь ты права, - двери лифта бесшумно растворились, открывая проход на Хунькин этаж, - Ну, до вечера, подружка!
Она чмокнула меня в щеку и вышла, а я помахала ей рукой на прощанье."
"На крыльце дома, где мы с Дэном снимали небольшую квартирку, я увидела консьержа-андроида Степана Емельяновича. Как всегда, на нем была одежда в старинном русском стиле. Красная вышитая косоворотка и черные шаровары, заправленные в высокие, до блеска начищенные, хромовые сапоги, замечательно смотрелись на ладной фигуре робота.
Картуз консьерж держал в руках, подставив лицо светилу, видимо, подзаряжал свои солнечные батареи.
- Доброго денька вам, любезная Алевтина Сергеевна! - поприветствовал меня Степан Емельчныч, поклонившись в пояс.
- Здравствуйте, - улыбнулась я добру молодцу, - все ли ладно в нашем королевстве?
- Да, что с им сделаится? - отмахнулся робот, - а вот у вас гости.
- Гости? - удивленно спросила я.
