Да, рань несусветная, но надо вставать, самой умыться - одеться, обиходить котят и вперёд, с трудовыми песнЯми, на ферму! Утром все равно было ещё прохладно, поэтому нервно позевывая, натянув на голову капюшон толстовки, бодрой рысью, ""живой ногой"", как говорила наша соседка по даче баба Галя, рванула к месту нашего общего рандеву.
Часть утренней группы доярок жила уже в шатрах, а часть догоняла меня от корабля. Лёгким, оздоровительным бегом добралась до транспортного средства, на платформу которого специально для нас установили кресла с ремнями безопасности.
Устроившись и подождав, пока наш водитель убедится, что мы все зафиксированы, и сядет на свое место, я в шутку махнула рукой и воскликнула ""Трогай!!"". И наступила тишина. Водитель смотрел на меня в полном изумлении. Потом, сглотнув тяжело, произнес.
-Простите, леди Наталья, если я вас потрогаю, то командир мне трогалки оторвёт!
Хохот был такой, что из шатра высунулся заспанный старпом, торопливо оглядывая окрестности - что за непорядок во вверенном ему хозяйстве? Что за шум?
Прибыв на ферму, теперь уже мы изумлялись - по сравнению со вчерашним тут были разительные перемены! Неподалеку блестел бирюзовой водой пруд, вдали виднелись огороженные пастбища, в птичнике бодро драли глотку петухи и гоготали гуси.
В вольере для птиц крякали утки, спешно подъедая корм и торопясь на утренний заплыв. К длинным кормушкам - поилкам подходила лента транспортера. Когда только успели?
В загоне для мелких рогатиков, какой-то наглый козел (ну, в самом деле, козел!), упорно бодал рогами воротца загона.
Осталось только сломать эти самые ворота и обеспечен бег по пересеченной местности.
В помещении самой фермы было тихо, только шуршали механизмы, убирая помещение, и развозя корм. Люба пояснила:
-Ребята вчера до самой ночи все это конструировали и устанавливали. Теперь уборка, кормление, поение идёт автоматически. Даже чесалку для шерсти установили. Сегодня сделают молокопровод и сами аппараты для дойки. А пока сейчас учимся ручками, ручками.
Потом будем учиться управляться со всей этой иноземной техникой.
Выделили мне крупную, высокую чёрно-белую корову, пластиковый контейнер, невысокую табуреточку. Несколько минут мне показывала процесс Люба, потом усадила меня. И тут я поняла, что у меня всего две руки и обе они левые! Куда подевалась правая, вот вопрос! Ещё оказывается, надо было успевать смотреть на сам процесс доения и на корову, как она относится к этому процессу, не испортилось ли у нее настроение.
