– Выбирай одного, и поживее, иначе мы кого-нибудь убьём, чтобы выбор стал легче!
Сверчок угрюмо потупилась. Что же делать? Дракончику было до слёз жалко её. Как сбежишь от листокрылов, если кто-то останется с ними в оранжерее?
– Пусть со мной идёт Синь, – выдавила она наконец.
– Лучше возьми Мечехвоста, – возразил дракончик, – он умеет драться.
– Для драки с нами будет вот она. – Сверчок кивнула на Росянку. – Я хочу идти с тобой, Синь… правда! Пойдёшь?
Было видно, что она боится ещё больше, чем он. Угодив в переделку, чтобы спасти его, Сверчок чувствовала себя с ним спокойнее, чем с чужим ей Мечехвостом, который к тому же то и дело говорил гадости про ядожалов.
Синь понимал, что проку от него мало, но раз она хочет, что поделаешь. Он готов был идти с ней хоть на край света.
– Да, конечно, – кивнул он.
В конце концов, может, и получится улизнуть от Росянки, а потом как-нибудь освободить и Мечехвоста… хотя как именно, придётся ещё подумать.
Цикута развязал двоих пленников, и Сверчок принялась подновлять лепестками цветов облупившуюся краску на чешуе у Синя.
Вышло довольно криво и странновато, словно у больного паршой, но зато, может быть, к такому жалкому шелкопряду ядожалы побрезгуют подходить слишком близко.
Казалось, день тянется бесконечно, и всё же дракончик вздрогнул от неожиданности, когда Белладонна объявила:
– Солнце садится, пора!
Синь крепко пожал лапу другу и глянул в глаза.
– Мы вернёмся за тобой!
– Я знаю, – улыбнулся Мечехвост. – Вернётесь с Книгой.
Верю, что вы справитесь.
«Как намекнуть, что мы только притворяемся? – подумал дракончик в отчаянии. – Надо же как-то предупредить, чтобы он готовился к побегу!» Однако такой возможности не представилось: Цикута стоял вплотную, пронизывая ястребиным взглядом.
– Ну хорошо, до скорой встречи, Мечехвост, – закончил Синь.
Росянка повела их сквозь чащу в дальний от улья конец оранжереи. Поддела когтями одну из стеклянных панелей, осторожно вынула из древо-каменной рамы и отставила в сторону.
– Ага, понимаю, – оживилась Сверчок, – а я-то гадала, как вам удалось войти, не потревожив паутину. Ой, а растения не простудятся?
– Для меня её растения не стоят и пары лягушек, – фыркнула листокрылая. – Вылезайте!
Сверчок нырнула в окно, и Синь, пригнув голову, протиснулся за ней. Обернувшись, он заметил, как Белладонна ободряюще хлопнула дочь по плечу.
– Не подведи, – тихо проговорила она, – мы на тебя надеемся. Для этого ты вылупилась из яйца.
