– Не бойся, мне уже доводилось… хотя не в библиотеке, здесь того и гляди что-нибудь полыхнёт. Ничего, как-нибудь справлюсь!
Ещё порывшись в ящиках, Сверчок выудила длинный пинцет. Синь такие видел и даже как-то раз пользовался на уроках, когда попадались сильно перепутанные клубки шёлка. Развернула тряпку, ухватила шарик пинцетом и положила на пластину. Затем взяла со стола тяжёлое мраморное пресс-папье в виде свернувшегося кольцами питона.
Она действовала так ловко и уверенно, что дракончику и в голову не пришло чего-то опасаться, но в самый последний момент Сверчок возвела глаза к потолку и прошептала:
– О Ясновидица, помоги мне не поджечь тут всё!
Так или иначе, у Синя всё равно не оставалось сил вмешаться.
Она подняла серую каменную змею и треснула ею по светящемуся шарику.
Раздался хруст, и во все стороны разлетелись осколки стекла. Комнату заполнил острый запах горелого металла, но Сверчок ловко подхватила что-то пинцетом и подняла над столом. Тонкая ниточка длиной с драконий коготь горела ослепительным пламенем.
Огнешёлк!
До сих пор Синь даже не задумывался, откуда берётся свет в лампах и фонарях улья, и полагал, что это особое искусство ядожалов. Может быть, они умеют выдыхать огонь, подобно древним сказочным драконам из-за моря?
Затаив дыхание, Сверчок на цыпочках приблизилась к дракончику, сжимая пинцетом огненную нить. «Неужели эта штука может сжечь всю библиотеку? – в страхе подумал Синь. – Такой риск ради меня одного!»
Сверчок присела рядом и приподняла его запястье с браслетом.
– Только не шевелись! То есть я знаю, что ты и не смог бы, но всё равно постарайся.
Она аккуратно провела концом раскалённой нити по бронзе. Букву «о» в надписи «Шёлковый путь» разрезала пополам дымящаяся чёрная линия.
«Коромысло меня прикончит! – пронеслось в затуманенной голове дракончика. – Сверится со списком на пропускном пункте, нахмурится, зарычит и проткнёт насквозь какой-нибудь железякой!»
Нить снова прошлась поперёк браслета, затем ещё и ещё.
Чёрная бороздка становилась всё глубже. В библиотеке стоял дым, как в кузнице, перебивая запах старых книг. Наконец бронзовое кольцо распалось, чиркнув краем по чешуе, и Синь сжал зубы от острой боли, похожей на укус гадюки."
"Охнув, Сверчок метнулась к столу и принесла кувшин для полива цветов. Плеснула водой на обожжённую чешую, а затем бросила огненную нить в кувшин, над которым тут же вспухло белое облако шипящего пара.
