– Чистый?
– Да неношеный совсем, два раза всего надел…
– Нормально, сойдет, все и так знают, что ты не бизнесмен. Значит, завтра спишь как можно дольше, из дому не выходишь, водку не пьешь, пиво тоже. Я тебе напишу на бумажке слова, ты должен их выучить наизусть и произносить легко и непринужденно, как будто ты на самом деле так думаешь. К пяти часам ты должен быть умыт, причесан и одет. Желательно зубы почистить. Я за тобой заеду.
– Это для чего надо-то, я не понял?
– Что «для чего надо»? Зубы для чего чистить? – поддразнил его Селуянов.
– Или умываться для чего надо?
– Костюм надевать, слова какие-то учить… Вы меня не втягивайте!
– Ой-ой-ой, нужен ты больно, втягивать тебя во что-то, – презрительно протянул Николай. – Да кто тебя будет втягивать, ты ж дурак дураком, на тебя надежды никакой, любое дело завалишь. Себе дороже выйдет.
Он достаточно пообщался с племянником покойной Галины Васильевны в первые дни после убийства и хорошо представлял себе, как нужно с ним разговаривать, чтобы добиться своего.
И конечно же, своего Селуянов добился. Сам лично довел Гену до парикмахерской, объяснил мастеру, что не нужно ничего сверхсложного, только помыть волосы и чуть-чуть постричь, чтобы было прилично. Сам же с мастером и расплатился, благо, оказалось недорого. Отвел парня домой, еще раз проинструктировал, забрал ключи, запер дверь и ушел. На прощание сказал:
– И помни, Гена, если ты будешь умницей, то завтра окажешься в таком месте, в каком никогда не был и больше не будешь. Пятизвездочный отель, жратвы и выпивки навалом – и все бесплатно.
Наделаешь глупостей – упустишь свой шанс, такая возможность больше не повторится. Грязным, мятым и пьяным я тебя туда не возьму. Поэтому ключи я забираю, а если вздумаешь из окна вылезать – костей не соберешь. Усвоил?"
"Похоже, Геннадий Аничков был не совсем безнадежен, потому что сказанное усвоил. Когда назавтра Селуянов явился, как и обещал, к пяти часам, молодой человек был при костюме с галстуком, выбрит и даже чем-то благоухал. Коля подозревал, что это были духи его тетушки, потому как вряд ли этот оболтус имел собственную туалетную воду.
– Молодец, – похвалил его Николай. – Слова выучил?
– Вроде…
– Давай проверим.
Прорепетировали несколько раз, получилось, по мнению Селуянова, очень даже неплохо.
– Ну, Гена, поехали благословясь. Ты куртку-то не надевай, она у тебя позорная, в такой в гостиницу не пустят, – остановил его Николай, когда Гена попытался напялить поверх костюма то, в чем он сидел в пивнушке.
