Взгляды сэра Хамфри на содержание крупных собак в доме были всем хорошо известны. И он уже собрался донести их до гостьи, когда его жена вдруг сказала:
– Ну конечно, дорогая. И пусть кто-нибудь найдет для собачки коврик. Фрэнк, тебе поиски удаются лучше всего. Пожалуйста, посмотри в дубовом комоде.
Она повела Ширли наверх, а возмущенному мужу ничего не осталось, кроме как промолчать. Когда жена вернулась, сэр Хамфри выразил неудовольствие всей этой ситуацией. Все оказались виноваты, в особенности Фрэнк, который вечно вмешивается в то, что его совершенно не касается.
И вот, что в результате получается – собаки ночуют в спальнях. И потом, разве с ним хоть кто-нибудь посоветовался перед тем, как привозить эту молодую особу в дом? Вот если б посоветовались, он бы категорически возражал. Никто ничего толком не знает об этой девице, и, хотя ему, конечно, искренне ее жаль, он не понимает, с чего вдруг жене понадобилось вмешиваться в чужие дела.
Леди Мэттьюз ничуть не смутила столь суровая выволочка.
– Все это просто ужасно, дорогой, – сказала она, похлопав супруга по руке. – Но ведь нельзя же было оставлять ее в коттедже одну на всю ночь.
– Не понимаю, какое нам до этого дело, – сердито пробурчал сэр Хамфри.
– Конечно, никакого, дорогой. Но, видишь ли, у нее никого нет, даже друзей. И это ужасно. И потом, она такая славная девушка. Напоминает мне кого-то, вот только никак не могу вспомнить, кого именно.
– Еще ни разу не встречал человека, который бы кого-то тебе не напомнил, Мэрион.
Что ж, я ложусь спать. И будь любезна, проследи за тем, чтобы собака не погрызла мебель."
"На следующее утро учтивость вернулась к сэру Хамфри. Он настолько оттаял, что пригласил Ширли пожить в Грейторне вплоть до слушаний и только после их окончания вернуться в Лондон. Сэр Хамфри даже сказал, что бультерьер, похоже, очень воспитанная собака, и угостил его кусочком печенки со своей тарелки, который Билл проглотил без колебаний.
Но Ширли отказалась от этого приглашения.
Под глазами у нее залегли темные круги, говорившие о том, что она провела бессонную ночь, и за столом девушка была тиха и молчалива.
Леди Мэттьюз не стала уговаривать ее остаться и остановила сэра Хамфри, который продолжал настаивать:
– Знаешь, всегда лучше позволять людям делать то, что они хотят. – Потом обратилась к Ширли: – Тогда, моя дорогая, я попрошу кого-нибудь позвонить и забронировать вам номер в «Голове вепря».
