До сих пор я разговаривал с людьми, у которых были мотивы и возможности совершить это убийство. И никто из них, возможно, за исключением миссис Твининг и старшей горничной, не сказал всей правды. Если я задам несколько вопросов, ответите вы на них честно?
Дайна задумалась.
– Не могу обещать, что отвечу, но лгать по крайней мере не стану, инс… Послушайте, что, если я буду называть вас мистером Хардингом?
Сержант был уверен, что инспектор настоит на официальном обращении.
– Называйте как угодно, – улыбнулся Хардинг.
Незерсол взглянул на него с удивлением и даже обидой, но решил, что у инспектора, видимо, есть свои причины для подобной фамильярности.
– Спасибо, – поблагодарила Дайна. – Что вы хотели от меня узнать?
Хардинг, сложив руки на груди, несколько секунд задумчиво глядел на нее.
– Пожалуй, сперва я скажу вам, что мне известно.
– Зачем? – озадаченно спросила Дайна.
– Думаю, вы будете откровеннее со мной, если поймете, что нет смысла утаивать от меня что бы то ни было. Прежде всего я знаю, что генерал не любил сына и, кажется, отдавал предпочтение племяннику; знаю, что oн терпеть не мог мисс де Сильва и относился к ней с беспримерной жестокостью.
– То есть? – подняла брови Дайна.
Хардинг со всей серьезностью ответил:
– В доме нет абсента, в ванной нет душа, на картинах убиенные зайцы, и…
– Лола все это вам выложила? – усмехнулась Дайна. – А вы говорите… Вот вам образец откровенности."
"– Да, но такая откровенность попусту отнимает у меня время. Я знаю, что юный Биллингтон-Смит целый час сидел, подперев голову руками, когда отец лишил его наследства; знаю, что он ушел из дома в очень возбужденном состоянии, а возвратясь, устроил истерику.
Знаю, что миссис Холлидей заигрывала с генералом, а Холлидею это было весьма неприятно. Знаю, что ваша сестра ссорилась вчера с мужем и очень расстроилась, знаю также – буду совершенно откровенен, – что она и мистер Гест влюблены друг в друга. Ну как, устраняет это возможные между нами недомолвки?
Дайна состроила гримасу.
– Вы знаете очень много, мистер Хардинг. С другой стороны, что же я еще могу сказать вам?
– Изложите мне свою версию того, что происходило вчера, памятуя, что по крайней мере от одного из рассказчиков заведомо ложную историю я уже выслушал.
– Да, но я не желаю говорить ничего, бросающего подозрения на Фэй, на Стивена или даже на Джеффри, – откровенно заявила Дайна.
– Имейте в виду, мисс Фосетт, у меня уже достаточно данных об этих людях, чтобы заподозрить их.
