Наружность у Незерсола была непримечательной: грузный, с простоватым лицом; когда он о чем-то задумывался, взгляд его круглых глаз застывал на каком-нибудь предмете. Его трудно было вывести из молчания, еще труднее – из душевного равновесия. Никто не мог бы припомнить, чтобы сержант Незерсол в отличие от суперинтенданта хоть когда-нибудь срывался."
"Когда приехавшего инспектора проводили в кабинет к суперинтенданту, сержант, вскочив при его появлении, минуты две, не меньше, неотрывно смотрел на него. Он не имел намерения нанести обиду; просто изучал Хардинга.
Взгляд его мог показаться тупым, но методичный разум сержанта вбирал в себя все сведения об инспекторе, какие только можно было извлечь из его внешности.
Надо сказать, сержант представлял его себе не таким. Выпускник привилегированной школы, предположил он. Их сразу можно узнать. Спокойный человек с ясным, уверенным взглядом. «Нравится мне, когда человек может смотреть прямо в лицо», – подумал Незерсол, не сознавая, что твердо вынести его собственный взгляд не у каждою хватит духу.
Не старый пердун и не молокосос. Примерно его возраста. Вполне пригоден для общения с важными персонами из Грейнджа, так как сам явно той же породы. Неизвестно, конечно, каково будет работать с ним, но в общем впечатление благоприятное.
Инспектор подошел к Лаптопу и пожал ему руку.
– Здравствуйте, суперинтендант. Надеюсь, не заставил вас долго ждать, – сказал он. Затем повернулся, встретил пристальный взгляд Незерсола и, ответив столь же прямым взглядом, пожал руку и ему.
«Ага! – подумал суперинтендант. – Начинается. Франтик из Скотленд-Ярда показывает себя. Много от него будет проку. Нахватался верхушек в колледже и небось вздумает помыкать всеми. Правда, говорит почтительно, вежливо, но это еще ничего не значит».
– Так-так, инспектор Хардинг, – снисходительно протянул он, – стало быть, приехали для руководства этим делом!
– Ну что вы, суперинтендант! Я понимаю, руководство расследованием лежит на вас.
Ледяной взгляд Лаптона слегка потеплел.
– Да, конечно, возглавлять расследование моя обязанность. Но я уже немолод, мы с начальником участка поразмыслили и пришли к выводу, что не помешало бы подспорье. В мои годы одному вести подобное дело трудновато. Вот так обстоят дела.
– Мне поручено оказывать вам всевозможную помощь, – подтвердил Хардинг. – Я понимаю, дело это для местного человека весьма щекотливое.
Слова эти были поистине великодушны.
– Вот-вот, – подхватил суперинтендант, заметно оттаивая.
