– Например, мы не знаем, по чьей вине произошло массовое отравление во время корпоративного уикенда. Нам известно, что Макер и Жан-Бенедикт проверяли ящики с водкой, но Макер Эвезнер сказал полиции, что искал бутылку из специальной серии, а Жан-Бенедикт Хансен, по понятным причинам, показания дать не мог.
Скарлетт хотела во что бы то ни стало расспросить Макера, но после того краткого разговора в банке все наши просьбы о встрече оставались без ответа.
– Очевидно одно, – продолжала она, – ни Макер Эвезнер, ни Жан-Бенедикт Хансен не пострадали.
Они не фигурируют в списке гостей, госпитализированных в тот вечер.
И она помахала списком, обнаруженным в полицейском рапорте.
– А Лев Левович? – спросил я.
– Он отравился. – Скарлетт подчеркнула его фамилию.
Она снова взглянула на перечень пострадавших. И обомлела.
– Боже мой! – воскликнула она.
– Что такое?
– Боже мой! – повторила она. – Посмотрите!
Она обвела красной ручкой одно из имен и протянула мне листок.
– Арма, домработница Эвезнеров, – сказала Скарлетт.
– Она значится среди жертв отравления. Арма находилась в “Паласе Вербье” в те выходные, когда произошло убийство!
Глава 71
Арма
После открытия Скарлетт нам пришлось еще раз смотаться в Женеву в четверг, 5 июля, чтобы поговорить с Армой. Мы встретились во второй половине дня на берегу Женевского озера. Было очень жарко. Мы вместе прошлись до моста Де Берг и сели на скамейку в тени деревьев на острове Руссо. Летняя Женева утопала в зелени, лучи солнца играли на воде озера изумрудными бликами, и в этом тропическом мареве мой город казался еще прекраснее.
– Мы всё знаем, Арма, – сказала Скарлетт.
– Что вы знаете?
– Вы находились в “Паласе Вербье”, когда произошло убийство. Вы отравились в субботу вечером и попали в больницу. Судя по всему, эта деталь ускользнула в то время от внимания полиции и нигде в деле не упоминается.
Арма опустила голову.
– Зачем вы поехали на уикенд в Вербье? – спросил я.
– Мне хотелось посмотреть, как Макера объявят президентом.
Там должно было состояться одно из главных событий в его жизни, и я не могла это пропустить. Я почти год за него переживала.
– Он знал, что вы приедете?
– Нет, конечно нет. Он, наверное, и не разрешил бы мне при этом присутствовать. Я просто думала незаметно сесть где‐нибудь в уголке и насладиться его триумфом. Я заранее отпросилась. И в пятницу приехала в Вербье, забронировав небольшую комнату в хостеле.
