Сделала пару глотков и вдруг расплакалась.
– Я чудовище, – прошептала она. – Меня теперь отчислят.
Моя бедная девочка. Я понимал ее как никто. Разве я сам всего пару дней назад не произносил те же слова – «Я чудовище»? Я не знал, что решат преподаватели, но в одном был уверен:
– Если тебя отчислят, то я уйду вместе с тобой.
Лети даже плакать перестала, подняла голову. Я не удержался и коснулся губами ее мокрых ресниц.
– Правда?
Ты еще сомневаешься, маленькая? Разве я смогу спокойно жить – есть, спать, заниматься, – зная, что ты где-то там, во враждебном мире, совсем одна? Я ничего не помню о себе до момента, когда очнулся в академии.
Была ли у меня семья, друзья? Не знаю. Но теперь ты стала мне самым близким человеком.
– Конечно! Жуткие чудовища должны держаться вместе!
И тогда Лети наконец улыбнулась.
К кабинету ректора мы пришли раньше назначенного срока. Я постучался – тишина. Повернул ручку – дверь не заперта.
– Подождем внутри?
В коридоре и присесть не на что, а Лети, переволновавшись, едва держалась на ногах.
– Ой, нет. – Она испуганно покачала головой. – Так нельзя. Решат, что мы вломились без спроса! И ведь… Нис, тебя не звали.
– Меня не зовут, я прихожу сам!
Я изо всех сил старался шутить, чтобы Лети не грустила, и по большей части шутки получались глупейшие.
– К тому же у меня должен быть повод для отчисления!"
"Я подмигнул Летиции, толкнул дверь и вошел первым. При моем появлении под потолком засветились магические светильники. Странно. Обычно они настроены на определенного человека.
Как на дриаду в библиотеке – светильники загорались, когда она шла по коридору. Хотя эти, возможно, реагируют на любого посетителя.
Я усадил Лети на стул и прошелся вдоль стены к окну. Мне здесь нравилось. Просто, без излишеств, строго и по делу.
Кожаное кресло без подлокотников: сидя в таком, удобно работать, а вот отдохнуть не получится. В тумбе стола из темного дерева пять закрытых ящиков, притягивающих взгляд. Я подергал верхний – заперто. Тут же устыдился: что я делаю? Мало того что вломился в кабинет, так теперь еще занимаюсь взломом? Вдруг я действительно сбежал из-под ареста, чтобы спрятаться в академии? Уже ничему не удивлюсь!
Стены спокойной расцветки.
Две картины в тонких рамах. Первая – черно-белый набросок. Одноэтажный дом, увитый плющом. У крыльца разбит цветник, кусты роз разрослись так, что почти скрыли небольшой фонтан и рукотворный пруд.
Я смотрел на эту мирную картину, но ощущал смутное беспокойство и печаль.
