Там, в цеху, наши пальчики остались, меня по ним и срисовали. И остальных бы все равно вычислили. Да и до тебя бы добрались. И до Кита...
– Вот и я о том же. Зачем Киту тебя сдавать?
– Тогда кто?
– Не знаю... Может, менты сами на тебя вышли?
– Нет... Как ты ко мне прошла?
– Очень просто. Заплатила кому надо. До утра могу здесь остаться. Если ты хочешь.
– Да, оставайся. Мне ты не помешаешь, – усмехнулся Семен.
– Я не хочу тебе мешать. Я хочу тебе помогать.
– Вот и помоги. Скажи, чтобы Кит ко мне пришел.
Поговорить с ним хочу.
– Хорошо, скажу.
– В глаза ему посмотрю. Глаза все скажут.
– Да нет, нормально все. Он на тебя бочку не катил...
– А на тебя?
– Дуется... Ничего, оттает.
– Ага, оттает. Когда мне десятку впаяют!
Чтобы успокоиться, Семен полез в сумку и достал оттуда теплую авиационную куртку советского, а не американского образца. И не кожаную, а матерчатую, с меховым воротником.
– Вещь!.. Где достала?
– Да Ухач принес. Не новая куртка, но чистая...
– Да вижу... Одеяло. Хорошо.
Так, треники шерстяные. Нормально. Под брюки в самый раз... Носки шерстяные... Ботинки. Ух ты, на «молнии»! Отлично. А то шнурки снимают. И мех не рыбий... Удружила, сестренка.
– Как ты меня назвал? – возмущенно спросила Джема.
– Сестренка.
– Я не хочу быть твоей сестренкой. Я хочу быть твоей женой.
– Извини, но это место занято.
– Кем?
– Наташей.
– Какой Наташей?.. Этой?! Она же с Алексом!
– Была с ним, теперь со мной...
– Ну да, она же попрыгунья-стрекоза...
– Не надо про нее плохо! – хищно сощурился Семен.
И Джема испуганно сжалась под его взглядом.
– Так это с ней ты жил?
– С ней.
– Может, это она тебя сдала?
– Смешней ничего не придумала? Она про пулемет вообще ничего не знала...
– Овца она, потому и не знала.
Семен так посмотрел на Джему, что та невольно отшатнулась от него.
– Хорошо, она не овца. Но тогда где она сейчас?
– Ждет, когда я выйду.
– А я не жду! Я здесь!.. И думаешь, она будет тебя ждать? Тебя на десять лет закроют, а она будет тебя ждать?.
. Да она и года не выдержит!.. А я выдержу! И десять лет выдержу! И двадцать! Сколько надо, столько и буду тебя ждать!
Семен озадаченно смотрел на Джему. Она не бравировала, а говорила правду, и в ее словах трудно было усомниться. Она действительно готова была ждать Семена и десять лет, и двадцать, и всю жизнь...
А Наташа его не дождется. Или к Алексу вернется, или кого-то другого найдет. Красивая она, хорошая, но ненадежная. Потому что слабая.
